— Прости… но я в это не верю. В смысле… тебе верю, а вот про котенка… нет. Это люди могут помнить и цеплятся за злое, за прошлое, за обиды, за ненависть… У животных все иначе. Даже собаку, с детства приученную убивать и преданную хозяином, можно попытаться … излечить. Может в вашем мире все не так, но я видела, как тигр брал опеку над козликом, отданным ему на съедение. Видела, как дети, брошенные родными родителями, привечались чужими людьми и получали любовь и заботу. Видела, как во время войны люди укрывали детей и обычных жителей из числа вражеского народа. Предательство всегда ходит под руку с доверием, а причинить боль способны лишь те, кто нам близок, остальным не добраться до сердца. — Я почувствовала, что мои слова причинили Мастеру еще больше боли. Он даже не смог усидеть с невозмутимым лицом, а поднялся и пошел к очагу “подкинуть дровишек”. И мне бы заткнуться, но уже не могла. Я умела молчать часами, сутками, мириться с какими-то вещами, несправедливостью и хамством. Но, если начинала мысль, ее нужно было договорить. — Знаешь, я могла бы сказать, что понимаю тебя… но не уверена, что это так. Да, меня предавали и не раз, и не два. Но… — Я хотела сказать, что с его болью это не сравниться, но вовремя замолчала. — У каждого свой жизненный путь. Только вот… никто еще не прошел его, не получив шрамов. Не знаю, как ты… но, пока я жива, буду доверять… раниться, падать, прощать и снова доверять. Потому что без доверия нет близости, а без близости нет любви. А без любви… ничего нет. Наверно, это звучит наивно и пафосно. Но в моем понимание только искренняя любовь может превратить озлобленного хищника в верного друга, ластящегося к рукам, а брошенного котенка в толстого, упитанного и заласканного кота. Главное, не переставать верить… и искать руки, что готовы обнять и подарить эту самую любовь. — Я попыталась утешить его, но, кажется, сделала только хуже.
— У меня впервые появился Ученик, Моэр, — своим обычным тоном, даже с улыбкой произнес Эри. Вот только внутри у него творилось черти что. Шквал из боли, отчаяния, ненависти и презрения к самому себе, безысходности и необратимости. — Я… постараюсь сделать из тебя сильного мага, способного постоять за себя. Обеспечу всем необходимым, чтобы ты смогла определиться с тем путем, по которому желаешь пойти, но… — Тяжелый вздох. Теплое дуновение маны. И океан, что затопил в пару секунд все его эмоции, так же быстро схлынул, оставив после себя лишь пустоту. Вакуум. Ничто. Но в голосе проявилось добродушие и жизнелюбие. Идеальная маска, что подтвердила ласковая улыбка на губах, когда он развернулся. — Ты тоже должна постараться и прилагать больше усилий к изучению, а не к размышлениям о возможном будущем.
— Брат, ты только стал Мастером, а уже ворчишь на нее, как старик. Хотя, по меркам людей ты и правда старый, тебе же скоро исполнится три кроника, да? — Улыбнулся в ответ эльф, на что получил лишь кивок.
— Прости, Арнэри… Мастер, я буду стараться. — Произнесла я почти слитным звуком. Но хотела, чтобы он услышал, почувствовал, что действительно сожалею. Но не за слова, в которые по-настоящему верила, а за то, что не только не помогла, но сделала еще хуже. Эри лишь кивнул в ответ. И я закопалась в чувстве вины и самобичевании. Ну почему я такая? Вроде и чуткая, но почему-то все через одно место… Не могу смолчать, открываю рот и будто с тарзанки в реку прыгаю. Страшно, пожалела, что прыгнула, но остановиться не в состоянии. Вздрогнула, ощутив поглаживание по плечу. Мастер стоял рядом, протягивая мне шоколадного дракона в короне и с пушистым цветком, напоминающим пион. Я взяла, невольно умилившись фигурке и искусности работы, но есть не стала, опустив ниже к пасти Моракса. — Не заслужила пока. Подержи-ка, я… мне… нужно подышать. — Быстро поднялась и впихнула ему в руки дракона и шоколадку. А сама выбежала на улицу. Я просто задыхалась от невозможности не заплакать и заплакать при них. Ждала колючего снежного ветра в лицо, но с разочарованием понимала, что не чувствую холода. Точно, я же теперь маг. Можно было бы попробовать зарыться в снег, но, боялась, только извазюкаться в грязи. Соскользнула по стене дома и разревелась. Плакала навзрыд. Как он может вот так? Я ему столько боли… а он… Он… Не могла не восхищаться … Сильный, красивый, непреклонный, непоколебимый. Он сделал мне благо, дал искру, а я … Он подпустил еще ближе, а я как раз ударила по мозоли, получается. Дура! Какую шоколадку? Меня надо … Я еще додумать не успела, а в ладонь уже впивалась одна из заколок, что вплеталась в волосы. Закапала кровь. Вот так лучше, вот так правильно. Несколько минут меня никто не трогал, за что я была безмерно благодарна. Я уже почти пришла в норму, когда рядом опустился Мастер. Снял с себя плащ и накинул мне на плечи, чем чуть не вызвал новый поток слез.
