- Должна была, - кивнул бунчужный, - но не отфиксировала. Тон-вызов не обязательно даёт слышимый сигнал на передатчике.
- Тьфу! Короче, эфир слушать постоянно! В остальном у нас всё в порядке?
- По-старому, - пожал плечами Константин.
- Тогда простите за резкость и... и давайте-ка по домам, время позднее.
Гетман поднялся, но Константин остановил его.
- Слышь, Саныч, погоди немного, я ещё охрану вызову.
- На кой чёрт?!
- Ну, мало ли... вдруг точно этот Мутный, как ты говоѓришь... ну, провал, ликвидировать...
- Да, брат, молодец! Спасибо, конечно, за заботу, но я не Ельцин, справлюсь как-нибудь. Пускай приходят - может, раньше всё и прояснится. Впрочем, ежели ты такой храбрый лыцарь... - гетману, как и вчера, пришла на ум (или на глупость) мазохистская идейка.
- Убить ёжика голой задницей?
- А ты её найдёшь, задницу-то? Док в городе... Я имел в виду - проводи дряхлого суверена до хаты. Заодно перекусим, чтобы ты по-холостяцки в кабак не забрёл.
Дважды просить заботливого Костю не пришлось. От ужина он, правда, скромно отказался - мол, не одет и грязен с головы до ног после похода, - но руку обожаемой исцеловал едва не до кости. Костя ведь, что уж тут поделаешь...
Бодигарду Лёхе был предоставлен краткоѓсрочный отпуск с выбегом на родину, ибо охраны в замке без него хватало.
Алина, потирая кисть, исколотую богатырскими усами, ласѓково провела губами по щеке супруга, тоже колючей после трудоѓвого дня.
- Иди, я ванну давно приготовила. Ужин подам туда.
Жена выгляѓдела усталой, невеселой, измотавшейся.
- А как узнала..?
- Что ты идёшь? Женьку попросила сообщить, когда освободишься.
- Подумает, любовника выпроваживала.
- Не подумает, - уверенно ответила Алина. - Он же был у нас неѓдавно, сам видел - санузел в порядке, обои не отстают, краны не подтекают, плитка держится...
- И каков же вывод?
- Нормальный. Хуторской. Зачем любовник, если даме не нужно где-нибудь чего-то подтянуть, поджать, сменить, отциклевать и... это... как его там... зачеканить?! Кстати, вашество, ножи нужно подѓточить, а то...
Алина осеклась и судорожно сжала веки - над притихшим к полуночи мирком площадной бранью разразился отдалённый треск очеѓредей.
- Твою..! - гетман в которой раз уже за этот день грязно выругался и набрал мобильный атамана. Ходжаев 'по войне' домой обычно не хоѓдил. - Алик, что там ещё?
- Минут десять назад вышла на связь передовая засада у Лешего, сообщили, что видят пятерых чужаков в форме и с оружием. Я прикаѓзал скрытно преследовать, хотя бы половину взять живыми, отправил в помощь последний резерв разведчиков. А тут стрельба началась. Как прояснится - позвоню.
Обнимая мелко подрагивающую жену, Александр думал. О двух вещах. Невероятной важности. Во-первых, что прав был, полагая, мол, пробемам дня сегодняшнего несть ни края, ни конца. И самое, пожаѓлуй, важное: сколько это, интересно, будет - ровно половина от пятерых жи-вых людей?
Процесс нахождения в гидромассажной ванне (в прошлой жизни - в тесной ржавой посудине) издавна был его любимым вариантом пребывания в досуге. Ленивом, мокром, тёпѓлом, булькающем, умиротворяющем досуге... На заре новой жизни он, пользуясь должностными и общественными полномочиями в личных корыстных цеѓлях, послал всех в разные места/направления и хапнул единственную на тот момент гидромассажную ванну. Правда, из раздельного санузла Женьке пришлось сдеѓлать совмещённый и заново собрать едва не полстены в прихожей, а Твердохлебу, проставляясь, чуть ли не до утра выслушивать потом 'по жизни', 'типа' и 'в натуре'.
А жизнь - в натуре - удалась! Любимая жена установила прямо в воду специальный столик, поверх него - бокал с холодным квасом и 'поленицу' жареных купат в колоссальной тарелке из комплекта любимого ею майсенского сервиза. Много лет назад, в той ещё жизни, она некоѓторое время провела с родителями в Германии и переняла малопонятную для русского человека традицию сервировки стола: никаких общих блюд, салатниц, вазочек, розеток; всё угощение гостя - в одной большой тарелке. Надо признаться, разыскать уцелевший сервиз знаменитого на весь мир завода фарфоровых изделий среди хаоса и разрухи постѓчумного мира было не легче, чем джакузи (и чем молодую пассию, будучи постоянно при охране), однако... если даже нельзя, но очень хочется, то - можно. Чего не сделаешь для самого любимого на свете человека?! 'Мадонѓну'? Тьфу! Понты!
- Спасибо, дорогой товарищ Алька, мать-кормилица наша еси!
- Грудь прикажете, ваше сковородие?
- Позже, ладно? Ты на боковую?
- Щаз-з, размечтался! Ешь... пока. Большой Друг под дверью отирается, пустить?
- Ага, водолазину - в ванную! Козла в огород.
В прихожей Дэнни оглушительно чихнул.
- Говорит, за козла ответишь, - рассмеялась Алина, потянулась к двери и добавила. - Позже навещу... Ай!