Эван не ожидал от нового учебного года ничего, кроме кучи домашних заданий, но в его школу переводится ученик из Испании. А ведь Эван и подумать не мог, что новенький так ему понравится.
В моей жизни никогда не было душещипательных драм, от которых даже камень заплачет. Жил я в пятнадцати минутах от центра Нью-Йорка, ходил в обычную общеобразовательную школу, учился средне. А ещё я гей; но среднестатистического ньюйоркца это не удивит. Все в этом городе толерантные, доброжелательные — и в то же время безразличные и жестокие. Всем просто чихать на чужие проблемы и причуды. Может, где-то ещё презирают таких, как я, но точно не в Нью-Йорке. Хотя откуда мне знать? Я никогда не выезжал за пределы штата.
В общем, я был самым обычным геем-подростком из Большого Яблока. Жил себе и горя не знал, пока в десятом классе вместе со мной на математику не записался новенький из Испании. Разговаривал он мало, а вот учился получше меня. Новенький сидел рядом со мной, поэтому я мог разглядывать его сколько душе угодно: смуглая кожа, крепкое тело и невозможно-чёрные глаза. Когда я впервые его увидел, то чуть не умер от счастья. Тёмные волнистые волосы, красивый изгиб губ… От него исходила аура сексуальности. Не знаю, откуда она может быть у семнадцатилетнего подростка — но была же! Я давился этой чёртовой аурой четыре раза в неделю, на математике. Это неблагоприятно сказалось на моих оценках. Отец был в бешенстве. Но не мог же я сказать, что влюбился! Или мог? В любом случае меня ничто не могло спасти от дополнительных занятий и домашнего ареста.
И вот — я сумасшедший влюблённый подросток, который следит за своим одноклассником. Я нашёл его в социальных сетях, но так и не решился «постучаться» в друзья. Не хватило смелости. И я решил реабилитироваться — скачал все его фотографии и любимые песни. Но не я один, такой умный, положил глаз на новенького: на третьей неделе после его перевода к нему подкатила Линдси — местная шлюха и любительница футболистов. Если честно, я сейчас позлословил — но что поделать, если на твоих глазах так открыто клеят любовь всей жизни? Ладно. Я преувеличил, но брать свои слова назад… Однозначно — нет.
Линдси была послана, а я в душе скакал от радости. Но тогда я даже предположить не мог, что это первый толчок к большим проблемам в будущем. Линдси натравила на новенького всю школьную команду по футболу. Чёрт. Я попытался убедить Линдси в том, что это глупо, но обиженная стерва — самое страшное, что может приключиться с мужчиной.
— Мередит, помоги мне, — взмолился я, посреди своей комнаты стоя на коленях перед самой популярной девчонкой школы.
Вообще-то, мы друзья чуть ли не со времен эмбриона: наши мамы ходили вместе на курсы аэробики для беременных, а потом решили отправить нас в одну школу. По субботам родители устраивают совместные ужины, поэтому мы почти родственники. У меня есть старший брат, которому Мер отчаянно старается понравиться. Ну а у Скотта есть девушка, они вместе учатся в колледже, поэтому у подруги нет шансов. Она без зазрения совести пользуется нашей дружбой и второй половиной моего шкафа. Иногда я просто счастлив от осознания того, что у меня нет сестры. Потом я вспоминаю, что у меня есть брат, и жалею о том, что моя лучшая подруга в него влюблена.
— Нейтан уничтожит его, если узнает о том, что ты заинтересован в Алане.
— Ну и что с того?! Нейтан просто пытается строить из себя мачо-бисексуала! — возмутился я, размахивая руками. — Просто отговори Линдси, успокой и, может, познакомь её с кем-нибудь. Вот хоть с Питером.
— Питер хороший парень, он не заслужил того, чтобы Линдси трахала его мозги.
— Ладно. — Я закусил губу и отвёл взгляд. — Тогда я буду её новой жертвой.
— Господи! — Мередит потёрла виски, скривив своё красивое личико от отвращения. — Какая ещё бредовая мысль придёт в твою голову?! Ты — гей! Об этом все знают! У тебя не встанет, да и не дойдёте вы до этого, потому что она замучает тебя своей тупой болтовнёй ещё до первого свидания. Эван, ты меня уже бесишь! Перестань думать о новеньком и лучше займись учёбой. Ты обещал мне поход по магазинам, но твой домашний арест не способствует этому.
Я расстроено опустил голову и отвернулся. Мер подсела ближе и взяла меня за руку.
— Не создавай ему и себе проблемы. Он, скорее всего, не гей и твои влюблённые взгляды не замечает. Посмотри на него, он сексуальный натурал — и с этим ничего не поделаешь.
— Ты права, — вздохнул я. — Горячие натуралы всегда были моей слабостью. И что мне теперь делать?
— Забыть его. У тебя нет шансов.
В дверь постучали, а затем открыли. Показалась русоволосая голова моего брата.
— Мама ужинать зовёт. Сказала, чтоб не задерживались.
— Хорошо. — Я кивнул и повернулся к Мер. Она сидела с абсолютно глупой улыбкой и пялилась туда, где ещё секунду назад стоял Скотт. — Забыть? Нет шансов? Слышала бы ты себя со стороны, блондинка Мередит Уилсон.
— Ладно, может, я и не во всем была права, но ты с ним даже не разговаривал. Я твой лучший друг, поэтому я хочу, чтобы ты был счастлив. Связавшись с натуралом, ты рискуешь остаться с разбитым сердцем.
— Ты не помогаешь, Мер. — Я раздосадовано покачал головой и пошёл на кухню. Больше мы об этом не говорили.
***
