Но на усадьбе дружинников должны быть конюшни, а здесь их не было. Можно было предположить, что эти конюшни были на восточной, нераскопанной стороне усадьбы. Но ведь вот рядом, на усадьбе К, стбит огромная конюшня, которая сначала казалась нам необъяснимой на обыкновенной городской усадьбе. А если убрать на время Кузьмодемьянскую улицу и соединить эти две усадьбы вместе, то они как нельзя лучше дополнят одна другую.
И вообще уличная мостовая не могла быть препятствием для самых тесных взаимоотношений двух усадеб, тем более, что ведь совсем недавно эти усадьбы составляли единую территорию, по которой пришлось проложить мостовую новой улицы.
Так представляется нам древнейшая усадьба на территории Неревского раскопа.
Нижняя мостовая Кузьмодемьянской улицы протянулась на 25 м западнее перекрестка с Великой.
В этом не было бы надобности, если бы здесь, во время сооружения мостовой, не была бы уже заселена усадьба, обозначенная на плане раскопа буквой И.
Северная и восточная границы этой усадьбы определялись мостовыми. Плохонький плетень прослеживался по южной границе, на расстоянии около 25 м от Кузьмодемьянской, а западная граница находилась за пределами раскопа.
Постройки нижнего яруса были сосредоточены в восточной стороне, около мостовых, а западная сторона, начиная от непосредственной близости к постройкам и в западном направлении до границ раскопа, была распахана и занята, по-видимому, огородами.
Среди немногочисленных находок здесь были найдены семена огурцов. Вполне вероятно, что огурцы эти выращивались именно здесь, на территории данной усадьбы *.
Построек здесь было немного. В самом северо-восточном углу усадьбы стоял дом размером б X б м. От него сохранился только нижний венец и переводины пола. Хотя сохранность дерева была прекрасной, реконструкция этого дома представила очень сложную задачу. Невозможно было определить направление половиц и местоположение входа. Не удалось выяснить, где находилась печь, были ли у этой постройки сени, была ли она одноэтажной или могла быть двухэтажной. Рядом с домом стояла кладовая размером 2,9 X 2,9 м, срубленная из хороших бревен, и с полом, настланным из широких половиц, какие употреблялись обычно только в жилых постройках. По-видимому, эти половицы находились здесь во вторичном пользовании. Кладовая была крыта дранкой (колотые доски толщиной 1,5 - 2 см и шириной 12 - 15 см).
В юго-восточной стороне усадьбы прослеживалось несколько ям, перерезавших одна другую. Глубина ям в материке от 20 до 60 см. Это небольшие погреба, существовавшие непродолжительное время.
Как видим, первоначальная застройка усадьбы выглядела очень скромно. Особенно удивляет отсутствие каких-либо помещений для скота на неогражденной усадьбе.
Здесь было найдено примерно то же (и в таком же количестве), что и на усадьбе К: бусы, пряслица, гребни, ножи, деревянная посуда и утварь, целый железный топор, шилья, оселки и т. д.
Но встретились и отличительные находки: уключина от лодки, проволока медная, слюда, оплавившееся стекло, горшок с воском и отдельные куски воска в разных местах двора, железный сошник, коса-горбуша деревянный идол, резная деревянная вешалка, вбивавшаяся в стену и оформленная в виде фигурки гуся, войлок со смолой.
То, что первые поселенцы этой усадьбы были тесно связаны с сельским хозяйством, не вызывает сомнения. Но для чего сошник на усадьбе, на которой совершенно негде было держать скот (даже крытого загона для скота не было)? Кстати заметим - среди находок не было деталей саней.
Трудно сказать, и с чем здесь могли быть связаны куски оплавившегося стекла, но присутствие воска определенно говорит, что здесь занимались ювелирным делом.
Только очень зажиточные новгородцы пользовались восковыми свечами, воск широко использовали ремесленники-ювелиры для отливки по восковым моделям различных изделий (браслеты, перстни, подвески и т. п.). Может быть, с этим же были связаны и обрезки медной проволоки?
Но судя по небольшому количеству находок, связанных с ювелирным ремеслом, ювелирное дело здесь было не основным занятием так же, как и резьба по дереву. В свободное время кто-то из жителей этой усадьбы вырезал фигурку идола (довольно примитивную) и очень удачно оформил вешалку для одежды в виде фигурки гуся.
