– Что это было? – выразил общую мысль Давид. – Какой-то наркотик?
– Если бы это был наркотик, – спокойно ответил Андрей, – деятельность Токса давно бы запретили. Но наши филиалы в двадцати семи странах мира уже помогли десяткам тысяч таких, как вы. Пардон, таких, как мы. И еще помогут миллионам. Нет, это алкоголь. Каким он мог бы быть, если бы люди все не испортили.
– А название у него есть? – спросил Арсений.
– Есть. Амброзия. – Амбассадор провел по губам пальцами. – Не спрашивайте рецепт. Не просите добавки. Даже если вы возьмете меня в заложники, вы не найдете в этом здании ни грамма.
– А что, были попытки?
Андрей неопределенно махнул рукой, а Олег обратил внимание, что снаружи зала дежурят два охранника.
– Единственный способ еще раз попробовать амброзию – это повторно пройти наши курсы.
– Я готов, – обрадовался бизнесмен.
– И я. Я тоже! – одновременно сказали Валера и Давид.
Виктор Борисович не успел, так как в этот момент пытался облизать дно серебряной рюмки.
– Но сделать это можно не раньше, чем через год, – закончил мысль Амбассадор. – Вернее сказать, когда ваши браслеты покажут триста шестьдесят пять дней трезвости. Это может случиться через двенадцать месяцев, или через восемнадцать, или никогда. Зависит от вас.
– Целый год! – ахнул Виктор Борисович. – Целый год без водки, без пива, без ничего?
– А нельзя ли как-нибудь ускорить? – поинтересовался бизнесмен. – Я готов заплатить больше.
– Вы и так заплатите больше. Каждый повторный курс стоит в пять раз дороже предыдущего.
– А если я приведу к вам друзей? – спросил Валера.
– Вы и так приведете друзей. К повторному курсу допускается член клуба, пригласивший не менее пяти новых членов клуба. – Эти выдержки из регламента Андрей процитировал довольно холодным тоном, но, закончив, снова улыбнулся. – На этом, дорогие гости, позвольте мне попрощаться с вами. Надеюсь, от нашего общения у вас останутся только хорошие воспоминания. Я буду очень, очень рад увидеть вас снова через год.
Гости покидали зал молчаливые и немного подавленные. На пороге Олег, не выдержав, обернулся.
– Неужели нет совсем никакого способа…
Андрей рассмеялся.
– Видели бы вы сейчас свои глаза… Присядьте, пожалуйста.
Олег поспешил вернуться за стол. Сердце в груди затрепетало от надежды.
– Есть один способ. Сложный, но он дает возможность пробовать амброзию хоть каждую неделю. Для этого вам нужно стать амбассадором бренда Токс.
– Что для этого нужно сделать? Пройти какие-нибудь курсы?
– И курсы тоже. Но главное – вам нужно привлечь в клуб тысячу новых членов.
– Тысячу? – ужаснулся Олег. – Да у меня и знакомых-то столько нет. Не говоря уже о пьющих.
– Это сложно, – согласился Андрей. – Но, во-первых, у вас есть не меньше года на раздумья. А во-вторых, поверьте мне, оно того стоит.
На понедельник Олег взял еще один отгул.
– Переотдыхал? – хмыкнул шеф в телефонной трубке. – Ладно. Похмелись, но завтра чтоб был на месте.
– Спасибо за понимание, – пробормотал Олег.
После глотка амброзии от похмелья не осталось и следа, но у него было очень много планов и очень мало времени.
Из супермаркета Олег вернулся с четырьмя пакетами. Когда, входя в подъезд, он запнулся о порожек, зазвенело на весь дом. Ничего, к счастью, не разбилось, но старушка-вахтерша посмотрела на Олега так, будто прощается с ним на месяц. «Нет у меня месяца, – подумал Олег. – Только день».
Пары часов хватило ему, чтобы убедиться: возврата к прошлой жизни не будет. У пива был вкус мочи. От сухого вина саднило горло. Коньяк не просто пах клопами, он как будто был приготовлен из них. Водка отдавала ацетоном. Джин – новогодней елкой, пролежавшей на балконе до сентября. От виски шел такой аромат, словно Уинстон Черчилль вместо сигары обмакнул в него ноги. Текилу Олег не смог даже проглотить: показалось, что он жует лист агавы, на который помочился бешеный койот.
Возможно, со временем негативные ощущения сгладились бы, уступив привычке. Но все равно возвращаться к обычному алкоголю после амброзии было примерно как после интрижки с Анджелиной Джоли вернуться к жене, с которой прожил пятнадцать лет. Нет, не пятнадцать. Пятьсот.
Он пробовал смешивать напитки. Надеялся хотя бы приблизительно воссоздать вкус, который теперь не забудет никогда, и аромат летней ночи, свежескошенного сена и одуванчиков. Один раз Олегу показалось, что он что-то нащупал, когда смешал медовуху с травяным агуардиенте и несколькими каплями джина. Запах был немного похож, кажется, и вкус тоже. Но выпитый напиток не произвел никакого эффекта.
Накануне Олег изнасиловал «Гугл» и теперь знал, что амброзия – это карантинный сорняк, налет грибницы сумчатых грибов и астероид, открытый в 1879 году. Ну и пища богов, кто бы мог подумать.
Тут, правда, не было однозначности. Одни античные авторы считали амброзию пищей богов, а нектар – напитком богов. Другие полагали, что все наоборот. Как бы то ни было, «Гугл» либо не знал, либо скрывал рецепты и амброзии, и нектара, а когда Олег проявил настойчивость, поисковик попытался подсунуть ему биографию Эдуарда Амвросиевича Шеварднадзе.
