- Абсолютно, - смотрю себе под ноги, наблюдая, как разноцветные кирпичики покрываются каплями, намокая.
- То есть, у меня есть шанс? - в привычной для себя манере он прищуривается в ожидании ответа.
- Не думаю, - легко кидаю ему, прижимая вязаную вещь ближе к телу. Но увы, это не помогает спрятаться от морозных порывов ветра.
Его уверенность цепляет меня, не хочу отрицать очевидного.
Я не знаю, сколько проходит времени прежде, чем практически ничего не значущий дождь перерастает в сильнейший ливень. Упускаю тот момент, когда придерживая за поясницу, Рома затягивает меня в один из подъездов, тут же направляясь к лифту.
Дрожа от холода, но пытаясь согреться теплом его рук, что скрепились вокруг моих плеч, я не могла до конца осознать всё происходящее. Слишком быстро, будто во сне.
Вопреки всем моим установкам, мне хотелось ему доверять. И когда моё подсознание твердило, что я слишком наивна, сердце говорило обратное:
Он не обидит.
========== Вечер покоя ==========
— Думаю, этот вариант будет лучше, нежели заболеть, — он и сам дрожит от холода, проворачивая ключ в замочной скважине.
Деревянная тёмная дверь с еле слышным скрипом открывается и придержав её для меня, парень следом заходит в квартиру.
Вода стекает с волос вниз, от чего кардиган становится ещё тяжелей. Его буквально можно выжать. Как и практически всю мою одежду, что облепила меня, как вторая кожа.
В квартире всё также морозно, как и снаружи дома. Отопление отключили уже несколько недель назад.
— Подожди секунду, — лишь бросает он, скрываясь в единственной комнате.
Не успеваю толком осмотреться, как в проёме вижу его приближающуюся фигуру. Тот молча протягивает мне одежду, на что лишь с благодарностью киваю.
Неловко переминаюсь с ноги на ногу, взяв сухие вещи в руки. Парень кивает в сторону ванной, куда и направляюсь.
Его большой синий свитер с лёгкостью мог бы вместить две меня. Я практически утопала в нём в попытках хоть как-то закатать рукава. Спортивные штаны кое-как держались за счёт шнурка на талии, а штанины складывались на полу вокруг ступней. Одежда Ромы мне и правда большая, даже очень.
— Выглядит забавно, — усмехается парень, как только я захожу к нему на кухню. Он стоит возле столешницы, делая кофе, уже переодетый в домашнюю футболку со штанами в тон. И я не могу не заметить то, как уютно и гармонично всё выглядит сейчас.
— Сможешь вызвать мне такси? Мой телефон разряжен, — всё ещё смущённо спросила, садясь на край диванчика.
— Позже, — лаконично отвечает мне, — Мне нужно как минимум согреть тебя. Наименьшее, что я могу сделать, это напоить тебя чем-то согревающим.
Ослепительная, чертовски притягательная улыбка освещает его лицо. Волосы Ромы превратились в какой-то беспорядок из-за погоды, напоминая об обстоятельствах, при которых я оказалась здесь.
Неловкая тишина повисла в воздухе, начиная давить.
‐ Так о чём мы говорили? — максимально беззаботно начал Гордеев, размешивая сахар в кружке.
Одну из них ставит передо мной, садясь напротив. Непривычно сидеть с ним в неформальной обстановке.
— О том, есть ли у меня шансы завоевать твоё сердце, верно? — видимо, к нему вернулся тот шутливо уверенный настрой.
— Верно, — в тон ему отвечаю, делая глоток.
Желтый свет лампочки падает на его кудряшки, от чего те проблесками кажутся медными.
— Но мне кажется, что я уже ответила на этот вопрос, — самодовольно ухмыляюсь глядя на то, как парень театрально прикладывает руку к своей груди.
— Твой отказ ранит моё сердце, — с легкой улыбкой проговорил шатен.
— Разве что твоё эго.
Подавив смешок, Рома лишь с интересом смотрит на меня. Будто изучая.
— Чем ты увлекаешься?
— Разве что работаю, больше ничем.
— Ты и правда зануда, — хмыкнул, откинувшись на спинку стула.
— У меня попросту не хватает времени на что-то другое. После смерти отца… — резко замолкаю, осознав, что взболтнула лишнего.
Не особо люблю поднимать тему семьи, а уж тем более афишировать смерть родителей.
— Как давно это случилось? — искры веселья с его глаз пропадают, лицо приобретает серьезное выражение.
Сомнения практически останавливают меня, но всё же не оставляю его без ответа на его вопрос:
— Меньше года, заказное убийство, — голос ломается, мне сложно об этом говорить.
Из груди вырывается тяжелый вздох, а в горле встает ком, когда вспоминаю его лицо. Всегда твёрдый взгляд, деловитое лицо и особая мягкость ко мне. Он любил меня, хоть и не умел показывать этого.
— До сих пор не могу осознать то, что он мёртв.
— Соболезную, — его губы сжимаются в тонкую линию, на что я лишь киваю.
Вновь появившуюся тишину прерывал лишь тихий гул холодильника и отдаленное тиканье часов в коридоре. Прячу руки в широкие рукава, согревая всё ещё холодные конечности.
— Предлагаю поговорить о чём-то более нейтральном, — парень виновато улыбается, сводя диалог в абсолютно другое русло.
***
