Мимо двух стражей у входа прошла легко. Расслабившись после отлета повелителя, они обсуждали пьянку в трактире и не заметили, как я скользнула внутрь замка. В просторном холле пахло едой и виднелось несколько дверей. Обойдя все по очереди, я выяснила, что на первом этаже находится главный зал для приема гостей, рядом устроена кухня, кладовая для продуктов и подсобка для всяких вещей, необходимых в хозяйстве. Слева виднелась каменная лестница, и я как раз собиралась подняться на второй этаж, как мимо меня пробежала девица в темном платье до пят с подносом в руках, и я устремилась вслед за ней. Мы поднялись по широкой винтовой лестнице на следующий ярус и повернули направо. Значит, идем к наложницам. Здесь, у единственной двустворчатой двери так же стояло два охранника.
— Куда это торопишься, Проша? — улыбаясь во все семнадцать зубов поинтересовался один из них. — Постой с нами, сделай радость!
— Некогда тут лясы точить, — дернув плечиком зарделась Проша, стрельнув глазами в беззубого ловеласа. — Госпожа Эления изволит травяного взвару.
Стражники говорили о какой-то рыжей Стешке, которая подралась с Ангелиной, еще есть Эления — сколько же девушек у Александрина? След в след я прошла за служанкой мимо охранников, мы миновали полукруглую прихожую, завешанную бордовой драпировкой и, отодвинув тяжелую портьеру, оказались в большом зале-двойнике того, что я видела на первом этаже. Тут были обустроены апартаменты наложниц. Я думала, каждой было выделено по комнате, но ошиблась. Зал был разделен на несколько зон полупрозрачными тканями, за которыми виднелись кровати с балдахинами, объемные сундуки, туалетные столики и стулья с высокой спинкой. Границы каждой «комнатки» помимо ткани, свисающей с потолка, определяли еще и кадки с яркими цветами и какими-то неизвестными мне растениями. По центру зала стояло две софы с подушечками, несколько кресел, застеленных шкурами животных и круглый низкий стол. В стене был оборудован огромный камин. Сейчас в нем потрескивала пара полешек, отбрасывая свет на компанию из пяти женщин, сидящих за столом. У каждой из них в руках было рукоделие, пяльца или спицы с клубком ниток. Прошка с подносом остановилась около белокурой девицы в зеленом платье и, поставив на стол чашечку, принялась наливать в нее чай.
Обилие драпировки и полумрак комнаты были мне на руку. Шагнув в темный уголок, я стала наблюдать за девушками. Рыжая молодая женщина с капризным лицом — это у нас Стешка, или Стефания, как там ее по полному зовут? Блондинка, которой принесли чай — Эления. А остальные кто?
— Ай, — внезапно вскрикнула одна из наложниц с пяльцами, темноволосая и чернобровая, с восточными чертами лица, и поднесла палец ко рту.
— Опять укололась, Зухра? — ехидно поинтересовалась статная красотка с длинной русой косой. — Смотри, не запачкай вышивку кровью, повелитель не любит неумех.
Но Зухра только фыркнула на это:
— Когда ничем другим повелителя привлечь не можешь, Татиана, сгодится и рукоделие, а меня господин за другое любит. За ласковые руки, да огонь страсти!
— Ну да, ну да, — сделав глоточек чая, Эления насмешливо посмотрела на Зухру. — Наверное, из-за твоих ласковых рук, повелитель последнее время только Ангелину да меня к себе приглашает. Стало быть, чернявые ему не по вкусу.
Так, значит вторая блондинка у нас Ангелина.
— Изысканное вино не подают каждый день, — молвила Зухра, а я даже покивала уважительно. Вот к какому уровню самоуверенности надо стремиться!
— Много болтаешь, Зухарка! — взяла слово Ангелина, поправляя длинные белокурые волосы. — Вот кто из вас в курсе, куда господин улетел? Никто! А мне он сказал!
— И куда же? — напряженно спросила Татиана, откладывая пяльца.
— К Саяну полетел, что Севером правит, насчет пушнины договариваться! — блондинка посмотрела на всех с превосходством. — Шубку белую на морозы обещал мне справить, как раз под цвет кудрей! А еще сказал, что ждать меня будет в своих покоях, как возвернется!
— Все ты брешешь! — хором воскликнули четыре девицы, и я прям почувствовала, как в воздухе запахло новой дракой.
— А вот и нет! — Ангелина явно не знала, когда пора остановиться. — Повелитель сказал, три дня в разлуке со мной уже мука, и еще, что будет ждать встречи!
Три дня?! У меня аж сердце упало, но обдумать эти новости мне не дали.
— Ах ты, бледная моль! — вскочила со своего места молчавшая до сих пор Стефания, отбрасывая вязание в сторону. — Мало получила от меня, доска белобрысая! Шубку ждешь, значит?!
— А что, правда глаза колет, Стешка? — не осталась в долгу Ангелина, тоже поднимаясь со своего места и упирая руки в бока. — Тебя-то давно в покои не зовут, а все из-за характера твоего гнусного!
Завизжав, рыжая бросилась на блондинку, молотя острыми кулачками. Обмениваясь ругательствами, Стефания с Ангелиной драли друг другу лохмы. Остальные девицы вскочили, запричитали, но в драку лезть не спешили, лишь Татиана неторопливо подергала за один из шнуров с кисточками, свисающих с потолка.
