— Ни фига себе! Я его и не узнал! А с чего это он вдруг стал таким?
— Без понятия — и мне по барабану. На сегодня дозу Снейпа я уже получил. Я пошёл спать, — заявил Гарри.
— Давай, валяй, — отозвался Рон.
Сам он собирался ещё немного посидеть у камина — этот день был довольно прохладным, да ещё и дождливым, так что Рон продрог до костей и всё никак не мог согреться.
Когда Гарри уже поднимался по лестнице, он услышал задумчивый голос друга:
— Знаешь что я думаю, Гарри? У него появилась баба. К ней-то он и ездил в Румынию. Больше никакие более-менее подходящие объяснения в голову не приходят.
— Может, — меланхолично согласился тот. — Но он как был подонком, так подонком и остался.
— По-настоящему изменить Снейпа сможет лишь одна женщина в мире, — фыркнул Рон. — Могила.
На следующее утро, за завтраком, Гарри взглянул на слизеринский стол и с разочарованием обнаружил там Малфоя, совершенно невозмутимо поглощавшего еду. Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, Малфой вскинул голову — и серые глаза встретились с изумрудно-зелёными. Презрительная гримаса исказила черты лица слизеринца; Гарри тоже почувствовал неприятное ощущение, всякий раз возникающее у него при виде Малфоя.
— Явился, не запылился, — раздражённо проворчал Рон, тоже заметивший блондина. — А я-то уже надеялся…
— Рон, ты обращаешь на него слишком много внимания, — поморщилась Гермиона. — Оставь его в покое.
Презрительно фыркнув, Рон отвернулся от слизеринского стола и принялся за еду.
Во время завтрака пришло их расписание уроков — и настроение гриффиндорцев резко упало:
— Хорошенькое начало года: сразу сдвоенные зелья, и в этом году опять со Слизерином! — охнул Гарри.
— Зато потом — урок у Флитвика, — пожала плечами Гермиона.
— Слабое утешение, — печально вздохнул Рон.
— Кстати о зельях, — нахмурилась Гермиона, — а где Снейп?
Гарри и Рон торжествующе переглянулись и показали в сторону учительского стола. Гермиона непонимающе взглянула туда — и в изумлении приоткрыла рот:
— Не может быть! — выдохнула она. — Я его вчера даже не узнала! Как он изменился!
— Не обольщайся насчёт изменений: он вчера уже успел снять с Гриффиндора десять баллов, — хмуро произнёс Рон.
— Я с ним случайно столкнулся в коридоре, — мрачно пояснил Гарри.
— Жаль, — протянула Гермиона, — десять баллов — это многовато. Ладно, доедайте и идём: на урок Снейпа лучше не опаздывать.
Они шли по мрачному коридору подземелья в сторону кабинета алхимии, когда, завернув за угол, увидели впереди высокую фигуру; длинные, переливающиеся в тусклом свете факелов платиновые волосы не оставляли сомнения, кому она принадлежала. Как ни странно, в этот раз рядом с Малфоем опять не было ни Крэбба, ни Гойла. Их заменило какое-то непонятное пушистое существо изумрудно-зелёного цвета; его задние лапы были гораздо длиннее передних, и оно смешно прыгало по каменному полу, точно кенгуру.
Услышав у себя за спиной шаги, Малфой резко обернулся и, узнав гриффиндорцев, прищурил глаза и крепче сжал в руке трость. Почувствовав его недовольство, существо тоже нахмурилось — но на его симпатичной мохнатой мордашке с огромными синими глазами это выражение смотрелось забавно, а не грозно.
— Вам не надоело ходить за мной по пятам? — ледяным тоном осведомился слизеринец. Конечно, он не мог не понимать, что их встреча случайна, — но, если быть честными, Малфои вообще-то никогда не отличались особой справедливостью.
— Малфой, тебе теперь нужно носить значок с именем — ты стал точной копией своего папочки, вас и не различить, — процедил Гарри.
— Может ты, Поттер, и станешь стыдиться своего сходства с родителями — но для меня твои слова стали лучшим комплиментом, — серые глаза холодно смерили взглядом троицу. — Как факт умственного превосходства Малфоев над Поттерами могу заметить элементарную вещь: мой отец жив, а твой — мёртв, — слова слизеринца ужалили Гарри в сердце, словно стрела. — И его смерть была глупой: пойти против Вольдеморта — и ради чего? Всё равно его вмешательство ничего не изменило, — вонзив стрелу, Малфой начал поворачивать её в ране — медленно и мучительно.
В тот момент Гарри даже не задумался над тем, как Малфой мог узнать подробности смерти его родителей. Всё, что он желал в тот миг, — стереть холодную усмешку с этого невозмутимого лица, заставить слизеринца подавиться собственными словами… Выхватить палочку стало для Гарри делом секунды.
— Ступефай!! — яркая красная вспышка разрезала полумрак коридора, рванувшись к Малфою — и навстречу лучу взметнулась тонкая трость из чёрного дерева; глаза дракона яростно сверкнули, когда магия столкнулась с серебром, и луч Ошеломителя отразился, рикошетом ударив по стене и растворившись в ней.
