— Вроде и не обосрали, но все равно ощущение такое, что мы обтекаем, — философски заметил Баженов, а после рыкнул на Ровнина: — Это все ты, Олежка. Это из-за тебя!
— Я-то тут при чем? — устало осведомился у него парень. — А?
— Потому что выглядишь как… Не скажу, как кто! — пояснил Славян. — Вон и рукав у куртки весь грязный! Потому биксы и сорвались.
— Так в подвале стену зацепил, — пояснил Олег, немного покраснев. — Пробовал оттереть — ни в какую. Застирывать надо. А другой одежды у меня нет.
Его новый приятель даже не подозревал, как он изводится из-за этого рукава уже пару часов.
— Хреново, — почесал щеку Баженов. — Ясно, что у нас всех не по десять джинсов, но хоть одни-то должны быть? Мы опера, нам по форме ходить западло. Да и кроссовки нужны, в этих ботинках ты охромеешь быстро. У тебя с деньгами как?
— Так себе, — не стал скрывать Ровнин. — На одежду тысяч пятьсот могу выделить, не больше. Иначе до зарплаты не доживу. Тем более что вообще непонятно, когда она у меня будет.
— Как у всех, двадцать пятого числа. Города разные, система одна, — приободрил его коллега. — Да и Командор тебя в обиду не даст.
— Ну да. Ему делать нечего, только о моей зарплате думать, — усмехнулся юноша.
— Вот поверь — так и есть. Францев мужик жесткий, но в таких вопросах принципиальный. И за своих глотку любому перегрызет — хоть генералу какому, хоть финчасти, хоть самому министру. Так что не сомневайся — сколько положено, столько и получишь в срок.
— Ничего себе! — проникся Олег, вспоминая своего уже прошлого начальника. Нет, ничего плохого он про него сказать не мог, тем более что вчера тот, по сути, ему жизнь спас, но одно он знал точно — такими мелочами Емельяныч себе голову точно не стал бы забивать.
— Так. — Слава глянул на наручные часы. — Слушай, рынок еще работает, погнали туда. Сумма невелика, конечно, но если фишка ляжет, то мы тебя приоденем.
— А если не ляжет?
— Значит, наведаемся туда завтра. Кстати, заодно жратвой закупимся, есть там пара мест с нормальными ценами, а то на «оптовку» идти лень. Еще и капусты напробуемся у теток. И вот что… Деньги мне давай сразу.
Олега последняя фраза слегка смутила, но он не подал виду и передал купюры Славяну.
Рынок, как оказалось, располагался совсем недалеко, в пяти минут ходьбы от метро, представлял он собой довольно немаленькое здание, покрытое плоской крышей, у входа в которое вольготно разместились торговцы, продающие все, что только можно — от «Антиполицая» до видеокассет и картриджей для «Денди».
— Здесь шмотками торгуют, — пояснил Баженов, показав на вход. — А с той стороны — жратвой. Тут раньше, при коммунистах, колхозный рынок стоял, лет шесть назад его какой-то коммерц купил, перестроил, а после местная «братва» у него это дело отжала и своего человечка поставила. О, быть тебе красивым! Пошли-ка!
И Славян бодрым шагом направился к троице милиционеров, которые стояли у лотка с видеопродукцией.
— Точно не мозгосушка? — требовательно спрашивал один из них у продавца, тряся у его носа кассетой. — Не как в прошлый раз? Про пацана-шизика, который в математике рубит?
— Да нет! — пуча глаза, заверял его продавец. — Это прямо реально хит! Там в самолете бандитов перевозят, причем таких, серьезных, они потом в форму полицейских переодеваются, чтобы еще троих своих освободить…
— Здорово, Кузьма! — хлопнул привередливого кинолюбителя по плечу Баженов. — Подопечных строишь?
— О, Славыч, здоров! — обрадовался ему милиционер. — Ну да, вечером чего-то глянуть охота. Только чтобы нормальное, а не когда ум за разум. Смотри, Антоха, если не понравится — труба тебе!
— Понравится, — облегченно выдохнул продавец, с грустью смотря на то, как эта кассета и еще три других переходят во владение представителей власти.
— Ты здесь чего? — не обращая более на него внимания, осведомился у Баженова Кузьма. — Так или по делу?
— Да вот земеля в столицу нагрянул, приодеть надо, — положил руку на плечо Олега оперативник. — Моя мамка с его еще в школе вместе училась, с тех пор дружат. Считай, ближе, чем родня. Да я и сам за него впрягся как-то раз, еще до армейки. Он тогда не той ляльке присунул, у нее брательник сильно деловой оказался, решил его жизни поучить. Да ладно, Олежка, чего ты глаза отводишь! С каждым может случиться.
— Бывает-бывает! — со знанием дела сказал один из милиционеров, отсмеявшись. — Меня, помню, папаша одноклассницы одной, после того как я ее в эксплуатацию ввел, чуть на тот свет не отправил. Неделю кровью ссал.
— А в Москву чего? — уточнил Кузьма. — Поглядеть или покорять?
— Так он наш, — пояснил Баженов. — Мент. Его к нам в отдел на усиление перевели, как сильно перспективного. Но дернули одним днем, твою мать, даже собраться парню не дали. Сам знаешь, как бывает. У одного начальника припекло, другой под козырек взял, мы расхлебывай. А ему теперь в одних штанах ходить, пока вещи из дома не перешлют. Не дело.
— Не дело, — покивали милиционеры.
