Новое оружие полностью

Читатель вправе воспринять эту вещь как повесть – драматическую повесть, в которой сценические ремарки и разделения играют ту же роль, что и главы, абзацы, просветы, т. п. в обычной прозе. Написать ее т а к меня подвиг открытый драматизм ситуации – и за минувшие со времени написания два десятилетия он, к сожалению, не уменьшился.

Публикуя в 1966 году эту пьесу-повесть в журнале, я писал в послесловии: «...Когда физик Отто Ган осознал, какие возможности массового уничтожения людей таит открытый им процесс деления урана, он – говорят – воскликнул: „Бог этого не допустит!“ Однако бог „допустил“ атомную и водородную бомбы, Хиросиму и радиоактивные дожди. Потому что бога все-таки нет. И в решении самой важной проблемы современности – гонки ядерных вооружений – людям следует полагаться лишь друг на друга и на самих себя».

...И дело не в том, может ли получиться кризис ситуации таким, как показано здесь, или иным; дело в другом – чтобы этого не случилось совсем. Драмы выдуманные для того и пишутся, чтобы помочь в жизни избежать драм реальных.

И в а н И в а н о в и ч Ш а р д е ц к и й – академик, физик-ядерщик, руководитель КБ-12, 60 лет.

О л е г В и к т о р о в и ч М а к а р о в – начальник управления, 48 лет.

П е т р И в а н о в и ч С а м о й л о в – руководитель поисковой группы, 35 лет.

А ш о т К а р а п е т я н – инженер поисковой группы, 30 лет.

В а л е р н е р Я к у б о в и ч, Ш т е р н, С а м и н с к и й, С е р д ю к – начальники отделов и лабораторий КБ-12.

И л ь я С т е п а н ы ч е в – аспирант.

С о т р у д н и к М и н и с т е р с т в а и н о с т р а н н ы х д е л С С С Р.

Б е н д ж а м е н Г о л д в и н – физик, лауреат Нобелевской премии, 65 лет.

Ф р е н с и с Г а р д и – доктор физики, ассистент Голдвина, 35 лет.

Д ж о н К е й в – второй ассистент Голдвина, 29 лет.

Д ж о ш у а К л и н ч е р – полковник, затем бригадный генерал, 45 лет.

Э д г а р X е н и ш – сенатор, председатель комиссии по проблемам ядерной политики, председатель правления «Глобус компани», 60 лет.

Б р э г г – адмирал, начальник отдела стратегических работ Министерства обороны США, 50 лет.

М а р т и н Д у б е р б и л л е р – делец, 60 лет.

К е н н е т – доктор математики, руководитель отдела в Институте математических игр, 40 лет.

И н ж е н е р ы К Б – 1 2, с т у д е н т ы и п р е п о д а в а т е л и М а с с а ч у с е т с к о г о т е х н о л о г и ч е с к о г о и н с т и т у т а, а д ъ ю т а н т ы, к о р р е с п о н д е н т и т. д.

Во всех действиях сцена разделена пополам: в левой части показываются события в Советском Союзе, в правой – события в Соединенных Штатах. По ходу действия освещается то левая, то правая сторона сцены.

Между первым, вторым и третьим действиями проходит по году.

Освещается левая часть сцены. Комната в Министерстве иностранных дел СССР. Шкаф с бумагами, шкаф с книгами, желтый несгораемый шкаф, телефон на тумбочке, стол письменный, стулья обыкновенные. За окном видна стена высотного здания. За столом – с о т р у д н и к М И Д.

С т е п а н ы ч е в (входит). Можно? Здравствуйте. Вызывали?

Сотрудник вопросительно смотрит.

Степанычев, аспирант физико-технологического института. Вернулся из Соединенных Штатов.

С о т р у д н и к. А... «персона нон грата»! Проходите, садитесь...

Степанычев проходит и садится.

Ну, рассказывайте!

С т е п а н ы ч е в. Что рассказывать-то?

С о т р у д н и к. Как – что? Все... Вас направили на стажировку по какой специальности?

С т е п а н ы ч е в. Надежность электронных устройств.

С о т р у д н и к. Надежность электронных устройств. Зачем же вы... (берет бумагу, читает) «...учитывая вышеизложенное, Государственный департамент Соединенных Штатов Америки денонсирует въездную визу подданного СССР Степанычева Ильи Андреевича и...». Нет, не то. М-м... ага, вот оно, вышеизложенное! «...намеренно скрывал свое подданство, вел беседы, направленные на подрыв существующего в США общественного строя, пытался собирать сведения, затрагивающие безопасность государства...». (Кладет бумагу). Вот и рассказывайте: как же это так у вас получилось?

С т е п а н ы ч е в. Да ничего я не скрывал, не вел и не собирал!

С о т р у д н и к. Товарищ Степанычев, из ничего ничего и не бывает. А вас посреди стажировки выслали из Штатов с такой (потрясает) бумагой! Как добирались-то?