Новая трилогия Катрин Панколь – о прекрасных женщинах, которые танцуют свой танец жизни в Нью-Йорке и Париже, Лондоне и Сен-Шалане. Мужчины?.. Они тоже есть. Но правят бал здесь женщины. Пламенные, изобретательные, любящие, они борются за свою судьбу и не хотят сдаваться.Долгие годы Рэй Валенти, бравый пожарный из городка Сен-Шалан и по совместительству мелкий мошенник, тиранил Стеллу и ее мать Леони, на людях притворясь любящим отцом и мужем. Но Стелла выросла и намерена дать ему отпор. Пусть и кажется, что силы неравны, она полна решимости разоблачить махинации Рэя и помочь матери вырваться из-под его гнета. Тем более что недавно Леони, для которой Стелла – последняя надежда, открыла дочери страшную тайну: Рэй на самом деле ей не отец.
Katherine Pancol
Muchachas 3
© Editions Albin Michel – Paris, 2014
© Брагинская Е., перевод, 2016
© ООО «Издательство АСТ», 2016
Посвящается Октавии и Шаше, двум моим таким внимательным читательницам, а также Надин, Доминик, Саре, Коринне, Софи, Глории, Паскаль, Беатрисе, Мелиссе, Натали, Сильви, Марине, Виржини, Кароль, Магде, Лило, Лизе, Мари, двум chicas с альтами! Muchas gracias, muchachas!
Так человек в ночи идет навстречу свету.
Она едет по дороге на красном «Рено Кангу», а за окном проплывают холмы, мосты, бургундские деревушки. Она уже видела эту ферму, озеро, белая лента ограждения так же билась по ветру. Полосатая кошечка, свернувшись клубком, спала на крыльце предприятия «Море».
Она могла бы вести машину с закрытыми глазами. Дорогу знала практически наизусть. Ей теперь часто приходится ездить в Лион. Она попросила Жоржа одолжить ей машину. Взяла у Жюли несколько выходных и никому ничего не стала объяснять.
– Вычтешь это время из моего отпуска.
Жюли ответила: «Не волнуйся». Жорж просто протянул ей ключи. Они оба как-то поняли, что ей действительно необходимо уладить важное дело.
Она смотрела, как в окне проплывают пейзажи, и спрашивала себя, что же ей делать с этим Люсьеном Плиссонье. Произносила вслух: «Люсьен Плиссонье. Мой отец. Люсьен Плиссонье.
Должна существовать некая мадам Плиссонье, вдова Люсьена. Жива ли она еще? Знала ли она, что муж ей изменял?
А вдруг Адриан тоже изменял мне?
Не хочется об этом думать».
Она не знала ни где он живет, ни чем занимается. Вроде бы где-то работает. Приносит пачки денег, которые прячет в ванной комнате в мыльнице под раковиной. Сумма каждый раз разная. Он утверждает, что лучше пусть она не знает, из какого источника эти деньги. И повторяет, что в один прекрасный день они воссоединятся. А Леони вот тоже думала, что она в один прекрасный день воссоединится с Люсьеном.
Стелла остановилась перед знаком «Стоп». Новая мания у властей, везде тыкают эти «Стопы». Люди не обращают на них внимания, весело едут вперед, и происходят автокатастрофы. И люди гибнут.
Она пропустила мотоцикл, вновь тронулась с места. А забавно стать членом семьи, где не знаешь ни одного человека. Она посмотрела на себя в зеркало. Спутанные белокурые волосы воинственно топорщились, словно перья на голове индейца племени сиу. Воительница, спустившаяся с небес. Адриан утверждает, что она похожа на эту актрису, Тильду Суинтон. Он показывал ей фотографию в журнале. А Жозефина совсем не похожа на Тильду Суинтон. У нее неуловимое, нежное, парижское очарование, которое обволакивает тебя, как вата игрушку. А замужем ли она? Кольца, по крайней мере, не носит.
Стелла посигналила, чтобы трактор, который тащился перед ней, перестроился и уступил ей дорогу. Она спешит домой, Том уже ждет ее. После смерти Медка он стал раздражительным, целыми днями в одиночку бродил по лесу, дома молча ел и уходил с губной гармошкой в свою комнату.
Надин, директриса школы, предупредила ее, что Том снова начал драться.
– Твой сын взрывается по пустякам, что-то его тревожит, ты не знаешь, Стелла, что с ним?
– Кто-то убил его собаку.
– Тебе нужно отправить его к психологу.
– Как будто он откроет рот в присутствии психолога! Ни за что, я-то его знаю.
Том такой же, как она. Он ничего никому не рассказывает. Сам разбирается со своими делами.
– А зачем тебе так часто уезжать? Что ты там перевозишь, не пойму! Душа болит, волнуюсь за тебя, после всей этой истории с Медком я вся за нервах.
– Не бойся, Нанни. Я езжу в совершенно безопасное место.
– А что ты конкретно там делаешь?
– Пеленгую.
– Это что еще за занятие?
Стелла, недоверчивая, как дикий зверек, хотела понаблюдать за Жозефиной, прежде чем подойти к ней. Она научилась разбираться в людях. Читать по их лицам, расшифровывать их движения, подобно тому, как раньше научилась читать по губам. Она могла различить в дрожании голоса скрытую угрозу, трусость, ложь. Заранее угадывала замышляющееся предательство, подлый удар исподтишка.
Долгие часы дороги туда, долгие часы дороги назад, и все для того, чтобы понять, стоит ли доверяться Жозефине Кортес.
Леони тоже хотела знать. А что знать? Она и сама не знала.
– Забавно, – говорила она, – я чувствую, будто наконец нашла свое место, будто обрела какое-то право на него. Все эти годы никаких известий… это сводило меня с ума. Я, в конце концов, спрашивала себя, не пригрезился ли мне Люсьен, не придумала ли я его себе и не дочь ли ты Рэя на самом деле.
– Мама, ну он же бесплоден! Ты забыла? Пустоцвет, Сухостой.
– Я уже перестала быть в чем-либо уверена. Я утратила память о своей жизни.
– Это у тебя началась амнезия после побоев.
– И я наконец хочу знать…
