— Отдыхает, он сломал несколько ребер, когда та тварь разбушевалась. В него влетел один из стульев. — Лицо парня сильно помрачнело, чувствовалось, что он переживает за старика, который, похоже, был ему как отец. Это снова вызвало в девушке странное чувство дежавю, которое она впервые испытала, оказавшись в том большом, но пустом особняке. Девушка также решила не развивать эту тему, этому способствовало также и то, что Маркус стоял у двери её подруги и с ожиданием смотрел на их парочку. Встряхнув головой, Лена кивнула и направилась вслед за ним в номер. Однако внутри их ждал сюрприз. Мария не спала, а вполне себе бодрствовала и в данный момент сидела в кресле за журнальным столиком, а руках она держала стакан с кофе, который она пила небольшим глотками.
Увидев входящих к ней посетителей, она подняла кружку вверх и, опустив, снова уставилась куда-то в пустоту. Попросив Маркуса сделать и ей кофе, Лена подошла к ней и села рядом. Она ничего не говорила, понимала, что все слова сейчас бессмысленны и нужно просто ждать решения Тихоновой, которая в данный момент переваривала произошедшее и решала, как это должно повлиять на её дальнейшую жизнь.
Сколько длилось молчание, Лена сказать не могла, но вот раздался голос Марии:
— Да-а-а-а-а, не так я себе это представляла, — и, переведя взгляд на Северскую, она продолжила: — Знаешь, в тот раз, когда всё это произошло с семьёй, мне казалось, что я пережила самое страшное, но вчерашний день показал, как сильно я ошибалась.
Она сделал очередной глоток.
— Это было чудовищно, Лена, я не понимаю, как такое могло появиться, и честно скажу — я больше не хочу никогда с этим встречаться. — Услышав эти слова, Лена вздрогнула как от удара, приготовившись к самому худшему.
Но, подняв взор, она встретила взгляд Марии, который стала более жестким, в котором стали разгораться такие знакомые огоньки, которые Лена видела в зеркале много лет, смотря на себя.
— Но, знаешь, я буду тебе помогать, потому что не имею права оставить тебя с этим один на один. — Раздался тихий фырк Маркуса, который поставил перед девушками кружки с кофе и сказал:
— Мария, я рекомендую тебе пойти спать, а то ты на мозги себе давишь, тебе явно стоит отдохнуть, как и Лене.
Девушка вздрогнула, услышав эти слова, и начала подниматься, подчиняясь словам старшего товарища. И только теперь Северская в полной мере осознала, насколько тяжело дался предыдущий день этой девушке. Если парни хорошо скрывали свои раны и усталость, каждый по-своему, то Марию аж шатало, а на руках появились линии ожогов, которые очень похожи на языки пламени. Лена поддержала подругу, когда та пошатнулась, и едва сама не вздрогнула, только в этот раз от холода. Казалось, Мария будто с двадцатиградусного мороза пришла в дом.
— Ты не замерзла? — встревоженно спросила Лена, и, услышав неприкрытую панику в её голосе, Маркус подошёл к брюнетке и взял ту за руку. По телам девушек прокатилась волна ЭНРы, и Лена почувствовала, что источник, который был у Марии, почти отсутствует. Однако прежде чем Северская успела запаниковать, Маркус произнёс:
— Источник становится сильнее, но ему потребуется время, поэтому не используй ничего на основе ЭНРы, хорошо?
Отпустив руку девушки, он начал копаться в своем кармане. Из него он извлек два телефона и сказал:
— Отзвонитесь родителям, я смог их немного успокоить, но лучше вам с ними самим поговорить. Они очень за вас волновались.
Девушки взяли телефоны с легкой дрожью. Сами разговоры, как они и ожидали, прошли непросто, только чудом удалось уговорить их не приезжать в Лубно, заверив, что через два дня они будут дома и что они в полном порядке. В конце разговора сердце Лены сжалось после слов матери: «Леночка, пожалуйста, будь осторожнее, у меня сердце не на месте в последнее время. И ты… просто будь осторожнее, обещаешь?» — в последнем вопросе чувствовалась мольба. Ребекка ничего не знала, но материнское сердце подсказывало ей, что с её дочерью что-то происходит. Отец же был краток, убедившись, что она в порядке, он также попросил никуда не влезать и попрощался. Но краткость девушку не обманула, отец всегда, когда был в стрессе, всегда становился немногословным, даже излишне. Больше всего она боялась, что отец может сам попытаться докопаться до правды, как иногда делал в её детстве, и решить проблему, не спросив её мнения.
Как прошел разговор Марии, девушка не знала, но, судя по её уставшему лицу, когда она вышла из спальни, он тоже был непростым. Протерев глаза, она сказала:
— Всё, я спать, а то прямо сейчас упаду, — и, обернувшись к Лене, она смущенно спросила: — Лена, поспишь со мной? А то мне немного страшно.
Северская лишь кивнула и направилась в сторону спальни Тихоновой.
Позади раздался голос Маркуса:
— А тебя за ручку поддержать?
— Да пошёл ты…
— Так и поступлю, если что, я в баре внизу, — не дал ей договорить Виалий и вышел за дверь.
***
Город Лубно, отель «Авильон», личные апартаменты Богоронской Ирины
