Поставив себе в уме галочку сказать принцессе не надевать кольцо Луны на правую руку, девушку оторвала взгляд от тела Северской и заговорила, обращаясь ко всей группе:
— Я ожидала худшего, но всё в порядке… относительно. Есть пара моментов, за которые стоит переживать, однако их можно решить и позже…
— Тогда, может, пойдем отсюда? — с дрожью в голосе спросила Богоронская, которая за последние двадцать минут пережила худшие моменты в своей жизни. И с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться, когда на неё перевела взгляд Диана и от неё пошла волна ярости.
— Нет, — отрезала Салматия. — Пришли вместе, значит, и уйдем вместе. Ещё не хватало потом этого мальчишку спасать.
«Но как ты предлагаешь его найти?» — написал Кристиан когтем на полу под раздражающий скрежет.
Потерев уши, Салматия активировала свой линкер и сказала:
— Ещё перед тем как войти сюда, я накинула на вас маячки. Ожидала, что случится нечто подобное.
И действительно, на очень схематичной карте засветились значки разных цветов, которые, как понял, Кристиан, обозначали каждого из них. Однако один из значков в виде перевернутой красной пирамидки указывал, что Макс находится ниже и двигается несколько хаотично.
В итоге выдвигаться они решили в следующем построении. Впереди шли Салматия в форме человека и Кристиан всё так же в форме зверя, который выглядел уже не так грозно, как раньше. В центре пошла Ирина, неся на плечах Северскую. Тыл прикрывала Диана.
Двигались они быстро и благодаря нюху Кристиана избегали почти всех групп врагов. Теперь, когда их группа увеличилась в численности, это позволило ему больше сосредоточиться на своих инстинктах. Но даже так время от времени они натыкались на противников, и одно дело, когда это была куча мала из людей-нелюдей, которые активно резались между собой. Такие группы часто просто не замечали пролетавших мимо них хранителей, а если и замечали, то были слишком заняты, чтобы как-то отреагировать. Но вот встречи с группами тех или других в отдельности приносили больше, гораздо больше проблем. Твари просто бросались, как только их замечали, люди же лишь пытались их задержать, из-за чего полноценно драться с ними не получалось.
То тут, то там можно было обнаружить трупы людей, нелюдей. Последние источали черный дым, что вызывало у группы новые вопросы о происходящем. Но времени останавливаться у них не было. Дело в том, что в какой-то момент знак Максима начал хаотично двигаться туда-сюда, причем делал он это на очень небольшом пространстве, а в какой-то момент окончательно замер и больше не двигался. Диана, у которой и так сердце было не на месте, едва не начала поторапливать своих сотоварищей, и только понимание, по какой грани они ходят, заставляло её оставаться на предписанном месте.
Однако чем дольше тело Максима не двигалось с места, тем напряженнее становилась ситуации и тем быстрее начинала двигаться их группа. И вот, наконец спустившись на несколько уровней вниз, Салматия сообщила остальным о том, что теперь они находятся на том же уровне, что и Макс. Правда, чтобы добраться до того места, где предположительно он находился, им предстояло преодолеть ещё приличное расстояние сквозь запутанные коридоры улья. Единственное, что могло радовать их, — это отсутствие каких-либо тварей Невелиса на этом этаже. Если где-то и оставались их следы, то в основном это были лишь небольшие кусочки. Трупы людей тоже встречались, но даже так последние несколько уровней были немного пустоваты для такой большой базы.
Но даже несмотря на возрастающее напряжение, их группа продолжала двигаться вперед, и вот наконец перед ними открылся прямой коридор, который заканчивался металлической дверью. Салматия в последний раз сверилась с сигналом маячка и уверенно заявила:
— Он там.
После этих слов Кристиан снова сосредоточился и, вспыхнув серебряным светом, подлетел к двери. Удары, которые он начал наносить с невероятной скоростью, оставляли на металлической плите глубокие царапины, а сама пластина начала выгибаться в обратную сторону. Однако, даже несмотря на мощные удары Трейнис, дверь отказывалась сдаваться. Поэтому подошедшая Салматия сказала: «Отойди», — и вытянула свой эсток. Тот прямо на глазах начал раскаляться, и Салматия вырезала проход в уже покорёженной двери. Крестообразная форма лезвия мало подходила для этой цели, но всё же спустя несколько минут ей наконец удалось прорезать проход, который окончательно выбил Кристиан, взревев от боли, когда коснулся краев прохода.
