— Да из деканата звонили, когда ты болела. И потом пару раз, когда ты с подачей документов задерживалась.
Лена же в этот момент, включив громкую связь, открыла кейс и достала из него револьвер. Вытащив из того кейса набор для ухода за оружием, она ответила:
— Да вот я помогаю с организацией банкета. Будет крупное мероприятие на следующей неделе.
— И кто его заказал?
— Да новая компания ООО «Вергандия». Пару лет назад появились на рынке и…
— А я знаю про неё!»
— Да ты что? И откуда?
— Ты помнишь, нас ограбили год назад? Хотя о чём я, конечно, помнишь. Так вот, твой отец тогда собирались установить систему охраны, и мы решили выбрать эту компанию. Знаешь, и ни разу не пожалели с тех пор.
— Хм… Интересно. Ну, вот для них и устраиваем мероприятие.
— А как ты вообще? Друзей не забываешь?
— Нет, конечно. Вот Марию недавно навещала, да и с Салматией часто видимся. — Про Маркуса она решила умолчать, понимая, что для матери, пару лет пытавшейся найти ей парня, информация, что она смогла обнаружить человека, который от неё не шарахается, будет шоком.
— Ну, вот и хорошо. Может, приедешь к нам на выходные? А то мы так редко видимся. Мы сейчас в загородном доме.
— Не наотдыхались за время отпуска?
— Просто дышим свежим воздухом. Твой отец загорелся идеей облагородить участок, да и Укропчику там будет повеселее.
— А как же работа?
— Ну, я и так почти всё время работаю на дому, а твоему отцу врачи советуют больше времени проводить на свежем воздухе.
Лена тяжело вздохнула. Отец в молодости баловался наркотиками, и хотя это увлечение продлилось совсем недолго и дедушка — светлая ему память — вовремя это заметил, после чего заставил сына пройти курс лечения, последствия успели проявиться. Вещества в тех смесях успели повредить легкие, и теперь отец Лены Алексей был вынужден беречь себя. К ещё большему сожалению жены и дочери, повреждения со временем лишь усилились, и теперь ему требовался особой режим и лекарства. Для человека, который часто по работе вынужден бывать на стройках, это было дополнительной проблемой. Внезапно Лена застыла. Она вспомнила о капсуле на подземной базе и поставила себе заметку спросить Салматию, возможно ли помочь её отцу. В чувство её привел голос матери:
— Лена, Лена, девочка моя, ау-у-у-у.
— Да, мама, я порядке, просто задумалась.
— Ладно, дорогая, мне пора. И знай: ты можешь обратиться к нам в любой момент по любому вопросу.
— Спасибо, мам. Пока, люблю тебя. Передавай привет папе.
— Я тебя тоже, — после чего повесила трубку.
Сама Лена продолжила чистку оружия, и это помогло ей окончательно успокоиться. Закончив же с этим, она подошла к шкафу и провернула ручку в нижнем ящике, после чего там открылся потайная нища, куда она и положила пистолет и патроны к нему. Сам кейс был поставлен внутрь всё того же шкафа, но уже наверх вместе с чемоданами.
«Как в старые и не очень добрые времена», — подумала Лена, вспоминая, что последний раз вот так пистолет она носила, когда Кол ввалился в её квартиру в три часа ночи с дырой в своем теле. Дернулась от неприятных воспоминаний о том, как она почти в полевых условиях вытаскивала из мужчины пулю. С тех пор она поняла, что никогда не сможет стать врачом. После этих мыслей голову внезапно пронзила боль, и Лена осела на пол, снова погружаясь в неприятную до тошноты черноту.
Военный полевой госпиталь, столица ЛЗК Астра. До линии фронта 1,3 километра
— Госпожа, новые раненые!!
Грязно и неподобающе выразившись на родном языке, девушка прокричала:
— Тащите их в третий корпус! Только там сейчас есть свободные койки! — после чего, отвернувшись от входа, снова склонилась над лежащим перед ней телом, в отчаянии пытаясь спасти ещё одного человека. Однако спустя несколько минут бросила инструменты в очищающий куб.
— Зафиксируйте время смерти. И несите следующего.
Отойдя от операционного стола, она буквально рухнула в кресло. Осмотрелась вокруг, в очередной раз изучая своё место работы. Множество печатей вперемешку с техникой заполняли пространство полевого госпиталя, работая в данный момент на износ, не позволяя инфекциям и грязи распространиться по забитому ранеными бойцами пространству.
Между лежачими пациентами передвигались врачи и медсестры в серо-белой форме. Лица у всех них были изможденные, а некоторых буквально шатало от усталости. Правда, таких быстро отлавливали свои же и в добровольно-принудительном порядке отправляли на отдых, хотя бы на пару часов. Время от времени солдаты покидали госпиталь, но их места не оставались пусты надолго, ведь с фронта приходили все новые и новые бойцы.
Вздрогнула и пришла она в себя только после окрика одного из врачей. Говорил он несколько громче, чем нужно, близкие взрывы плохо сказались на его слухе, несмотря на защиту.
— Госпожа, вам нужно отдохнуть. Вы на ногах уже больше шестидесяти часов, и последние двенадцать часов сидите на стимуляторах, опасных для здоровья! — прокричал уже не молодой доктор, который только что закончил работу за соседним столом.
