Супружеская пара, Том и Анна, переезжает в маленький городок, чтобы открыть собственное дело. У них появляются новые друзья, а у Анны – новое увлечение. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: КНИГА СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННОЕ ОПИСАНИЕ СЦЕН СЕКСУАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА. Содержит нецензурную брань.
Уставшая Анна присела на скамейку немного отдохнуть. Эти скамейки хорошо продавались, люди их обычно покупали, чтобы поставить на крыльцо. Анна и Том заказали сразу тридцать штук, рассчитывая быстро продать их покупателям, от которых, они надеялись, не будет отбоя. Том отправился на грузовичке забрать то, что они прошлым вечером купили на аукционе в Джемсвиле, а Анна осталась убираться в магазине, готовясь к открытию.
В воздухе уже пахло весной, и туристы скоро должны были наводнить их маленький городок. Анна с Томом хотели открыть антикварный магазинчик к началу сезона, и, похоже, им это удавалось. Они не могли позволить себе прохлаждаться. Поскольку потратили все сбережения, и даже больше, чтобы переехать в Овлпорт, и начать новую жизнь.
Последние три зимних месяца оказались невероятно сложными, но дела постепенно налаживались, и Анна позволила себе немного расслабиться. Закурив, женщина наклонилась, опершись рукой о ногу. Они с Томом давненько не трахались, времени не было, и Анна уже была порядочно на взводе. Хватало нежнейшего прикосновения к любому чувствительному местечку, чтоб киска немедленно намокла.
Приятная дрожь начала растекаться внизу живота. Оглядев магазинчик, и осознав, что никто не сможет её увидеть, все стёкла были ещё заклеены коричневой бумагой, женщина решила сбросить напряжение. Мастурбировать в таком месте ей казалось гораздо возбуждающей, чем в постели.
В магазине всё ещё царил беспорядок, многие вещи находились не на своих местах, а большая часть лежала в коробках. Поднявшись на ноги, женщина посмотрела в большое зеркало, часть старинного туалетного столика. Зеркальная поверхность была серой от пыли, но Анна смогла увидеть тонкую, с приятными округлостями фигурку, и светлые пряди, торчащие из-под шарфа, которым она защитила волосы от пыли. Взявшись за край блузки, Анна сильно потянула её вниз, заставив материю обтянуть большие, упругие сиськи. Распухшие от возбуждения соски, прекрасно выделялись на вершинах холмов.
Поворачиваясь так и эдак, блондинка рассматривала себя, с каждой секундой заводясь всё сильней. Подойдя ближе к зеркалу, возбуждённая женщина просунула руку между пуговицами блузки и коснулась торчащего соска. От прикосновения упругая плоть набухла ещё сильней, и достигла какой-то каменной твёрдости. Расстегнув несколько пуговиц, и немного оттянув блузку в сторону, женщина посмотрела в зеркало на выглядывающую сиську.
После долгой зимы кожа была белая, как снег, и коричневый сосок казался темней, чем обычно. Осторожно обхватив ладонью нежную плоть груди, Анна стиснула упругий холм. Из влагалища тут же потекло, словно сиська была губкой, нажимая на которую, можно было выжимать любовный сок из киски. Женщина обожала свои высокие, упругие груди.
Свободной рукой Анна расстегнула остальные пуговицы, и сняла блузку. И вскоре наполнила уже обе руки роскошной плотью грудей. Женщина слегка подбрасывала и сжимала сиськи, играя с ними, словно с мячиками. Выражение лица у неё стало сладострастным и похотливым, веки полуприкрыты, а рот, наоборот, приоткрыт.
Затем блондинка прижала ладони прямо к вершинам грудей, позволив соскам вылезти между пальцами. И принялась двигать руками взад и вперёд, натирая торчащие коричневые столбики, подрагивая от возбуждения. От нарастающей похоти, коленки у Анны начали подгибаться.
То одну, то другую грудь женщина приподнимала к лицу, и, высовывая язык до предела, принималась водить розовым кончиком по сморщенной ареоле, любуясь происходящим в зеркале. Когда Анна выпустила сиськи, они тяжело шлёпнулись о грудную клетку, слегка расплющились, но уже в следующее мгновение приняли обычную форму.
Пошире расставив ноги, чтоб не упасть, продолжая стоять перед зеркалом, женщина потянулась к пуговице на джинсах. Они были у неё настолько обтягивающими, что просто расстегнув пуговицу на поясе, блондинка почувствовала небольшое облегчение. Когда же Анна потянула вниз собачку молнии, джинсы начали раскрываться, словно банановая кожура. Обнажая белоснежный живот с тёмной ямкой пупка.
В просвете расстёгнутой молнии, немного ниже пупка, появился край белоснежных трусиков. Ухватившись за пояс джинсов, женщина принялась стягивать их с бёдер. Задыхаясь от возбуждения, она боролась с нежелающими слезать с неё брюками. Одновременно избавившись от джинсов и кроссовок, блондинка осталась в маленьких трусиках, последнем клочке одежды, что ещё скрывал её наготу.
Подрагивающими от возбуждения пальцами Анна стянула с себя последний предмет одежды. Когда нейлон отлип от мокрой промежности, влажные складки влагалища обдало приятным холодком. Пройдясь взглядом по голому телу, женщина осталась довольна увиденным.
Проведя рукой вниз по животу, Анна погрузила пальцы в густые волосы, покрывающие выпуклый холмик. Набрав пригоршню волос, она слегка двинула рукой вверх, едва не выдрав несколько завитков, слегка поморщившись от приятной боли. После этого, женщина обхватила ладонью пухлые губы киски, и, когда любовные соки обожгли ладонь, издала довольный вздох.
