Наутро снег прекратился. Температура начала возвращаться в норму для ноября месяца. Из заснеженного царства город превратился в пасмурное прибежище депрессивных деревьев с голыми ветвями; грязных улиц, заставленных машинами, и угрюмых чертыхающихся людей, окруженных слякотью и лужами. Накрапывал мелкий дождь. Атмосфера была идеальной для мрачных дум, засасывающих своих жертв в круговорот неизбежной апатии. Наблюдая за всем этим из своего окна, Вера поняла, что если ничего не предпримет, то присоединится к этому полчищу недовольных жизнью и сама превратится в жертву обстоятельств. Жизнь и так не была для нее раем. Взять хотя бы тот факт, что ее постоянно пытались подсидеть на работе, сплетни от людей, которых она встречала лишь однажды в своей жизни где-нибудь на корпоративе или в лифте. Чтобы заслужить столько внимания, как максимум нужно быть выдающейся личностью, как минимум – легкой мишенью. Вера полагала, что была из второй категории. Размышляя над всеми терниями, через которые она пробиралась каждый день, Вера научилась выживать и не чувствовать ничего. До чего же страшное слово – это самое «ничего», сморщилась при этой мысли Вера. С детства у нее была дурная привычка сводить брови на переносице при любом удобном случае, поэтому вскоре маленькие морщинки на лбу стали проступать таким образом, что всем было очевидно, что хмурилась она уж больно часто. Вера уставилась на себя в зеркало в ванной. Картину ужасов дополнял бледный цвет лица и его каменное выражение. А микроскопические морщинки казались глубже самого океана.
Окинув взглядом свою квартиру, Вера не могла выбрать – остаться или пойти прогуляться. Выйти на улицу, где можно было снова поскользнуться, рухнуть навзничь и, возможно, не встать самостоятельно, наводило на нее жуткий страх. Хотя на контрасте с приступами меланхолии, которые все больше и больше предательски накатывали, это была не такая уж и плохая идея.
– Доконало все! – ее губы вмиг скривились от омерзения к собственной инертности.
Она, злясь, скомкала в кулаке кусок пледа и заставила себя встать с кресла, расположенного возле окна. Кое-как доковыляла до шкафа, взяла первый попавшийся свитер и джинсы, забинтовала травмированную ногу и втиснула ее в обувь. Опухлость все никак не спадала, но вперевалочку идти вполне себе можно было. Вопрос «куда?» не стоял – конечно же, в кафе. А вдруг на сей раз там будет не так радостно. Что, если она родилась, чтобы быть грустной. Нет, все негативное и ненужное прочь из головы. Затеряться среди людей. Спрятаться среди толпы постояльцев кафе. Вот что нужно было сделать. Она, интроверт, ищет спасения среди людей, где это видано? Ну и хорошо. Пусть будет так. Вперед и только вперед.
Боль заставляла избегать лишних телодвижений. Соответственно, Вера, имея примерное представление о том, как добраться до пункта назначения, решила сократить путь. Можно было пройти по старой дороге и повернуть за угол чуть раньше, а там через небольшой проулочек по диагонали. Единственное, чего она боялась с каждым сделанным шагом, – оказаться поверженной на спине с новой болью. Лужи поблизости были настолько же мутными, как и ее общее эмоциональное внутреннее состояние. Каждая из них представлялась неким барьером, своеобразным капканом, который было страшно, но так необходимо обойти, не наступив на такой же рядом. Грабли только в жидком виде – усмехнулась Вера. Через минут двадцать на ее лице промелькнула тень сомнения в правильности выбранной дороги. Это чувство вскоре трансформировалось в растерянность, когда она наткнулась на небольшой закрытый дворик, перекрывавший дальнейший путь вперед. Совершенно незнакомая обстановка выбила ее из колеи. Куда дальше? Возвращаться назад? Бесспорно, ногу добивать не хотелось. Тогда что? Надеяться, пока кто-нибудь откроет калитку и пропустит? Неизвестно еще, сколько займет это по времени, пропустит ли и стоит ли это того ждать?
Опустился небольшой туман, и дождь превратился в мокрый снег, который превратил лужи в хлюпающее месиво под ногами. Трудно было разобрать, что делается вокруг. Пальцы начали мерзнуть, ведь перчатки были опрометчиво оставлены на небольшом комоде возле входной двери. «И зачем я туда прусь? Приключений на пятую точку захотелось. Более того, меня там никто не ждет…» – тихо запротестовала Вера, приподняв брови и зажав верхнюю губу нижней. Она медленно потерла лоб кончиками пальцев, помогая мыслительному процессу ускориться и придумать что-то стоящее. Затем решительно подбодрила себя:
– Ладно, не брюзжи, брюзга. Раз уже здесь, значит, надо искать выход из ситуации. Главная задача – не навернуться, а остальное… Прорвемся.
