А чтобы привести мысли в порядок, решаю поработать над материалами дела. И что я нахожу? Машина. Черный внедорожник, засветившийся вблизи станции. Вот она, ниточка! Номера скрыты, но камеры на перекрестке могли зафиксировать. Отправляю запрос. Будет за что зацепиться.
Едва успеваю разделаться с текучкой, как телефон призывно вибрирует, привлекая внимание. Ирина, жена Стаса и моя подруга.
— Привет, — принимаю звонок. — Ты по делу или?..
— Чет так грустно, — издалека заходит она. — Пошли в бар? Я угощаю.
— Тебя не смущает, что я на работе? — хмыкаю я, откинувшись на спинку кресла.
— Я тебя умоляю, — смеется Ира. — Когда это кого останавливало.
Вот же змея-искусительница.
— Давай, Лен. Тысячу лет не виделись, — контраргумент просто сносит наповал.
— Ладно, договорились, — вздыхаю я, окончательно сдавая позиции. — Но домой заеду, не хочу шастать по барам в форме.
Быстро собираюсь и без малейшего сожаления ухожу с работы раньше на несколько часов. Просто из вредности. Сажусь в машину и еду домой, в аккурат успевая проскочить до наступления традиционных вечерних пробок.
Около двери меня встречает Муж. Этот лысый кот сидит, как царь, и орет так, будто я опоздала на прием.
— Снова ты? — удивляюсь я. — Мы же договаривались: ночуешь один раз, а потом ищешь свой дом в другом месте. Но нет! Опять ты тут. Еще и требовательный, как начальник.
Кот мяукает, трется о мои ноги и с вызовом смотрит, мол, попробуй не впусти. И я отчетливо понимаю, что у меня нет сил его прогнать. Вздыхаю, открываю дверь, и он тут же заскакивает внутрь, как будто это его квартира.
— Ты просто злоупотребляешь моей добротой, — ворчу я, ставя ему миску с едой на кухне. — Но, если завтра ты снова здесь будешь, я тебя точно сдам соседям. Или завещаю дворнику.
Пока кот ест, я переодеваюсь.
— Слушай, ты хоть знаешь, что такое личные границы? Или у тебя принцип — ломлюсь, куда хочу? — кот что-то скрипит на своем кошачьем и звякает блюдцем о кафельный пол на кухне. — Может, найдем тебе нового хозяина? Напишу в домовой чат, вдруг кто потерял это чудовище.
Фотографирую его. Муж позирует с таким недовольным видом, как будто он звезда, а я надоедливый папарацци. Смеясь, треплю кота по наглой лысой морде и ухожу на встречу с подругой.
Бар встречает меня теплым светом и тихой музыкой. Ирина уже за столиком, машет мне рукой. Иду к ней, стягивая по дороге пальто.
— Ну, рассказывай, — требует она, как только я сажусь.
Мы болтаем обо всем и ни о чем: о ее планах после декрета, о Стасе, о моей новой головной боли в виде дела с елочными игрушками. Постепенно настроение улучшается, и я начинаю расслабляться. Но ненадолго.
— Лен, извини, — Ирина смотрит на экран телефона. — Домой надо. С дочкой что-то случилось.
— Иди уже, — закатываю снисходительно глаза. — Я еще посижу.
Она уходит, а я остаюсь одна с бокалом светлого пива. Уставившись в окно, наблюдаю за украшенной улицей и спешащими куда-то людьми. Улыбка сама по себе появляется на лице. Все же что-то волшебное есть в этом времени года.
Мирная атмосфера нарушается, когда ко мне подходит пьяный мужчина. Его манеры так же грубы, как и запах перегара.
— Эй, красавица, давай познакомимся, — тянет он довольно, а меня аж передергивает.
— Давай ты просто уйдешь, — холодно отвечаю.
Ему это явно не нравится. Мужчина тянет руку к моему плечу. Что за идиотская привычка? Инстинкты работают быстрее мыслей. Через секунду он уже лежит мордой в стол с заломанной рукой.
— Ты чего?! — визжит он истерично и дергается, но я держу крепко.
— Ты был предупрежден, — сухо заявляю, осматривая зал. Желающих вступиться за него не видно.
— Больше не буду! — умоляет он.
Отпустив его, я брезгливо вытираю руки салфеткой, оставляю деньги на столе и выхожу на улицу. Легкий снег приятно щиплет кожу, а воздух кажется свежим, почти волшебным. Иду пешком, наслаждаясь тишиной. Но чувство, что за мной кто-то следит, не дает покоя. Оглядываюсь, никого. Сворачиваю в арку, прибавляю шаг, потом резко ухожу за угол. Жду.
Шаги становятся ближе. Выхватываю пистолет, направляю ствол на появившегося из тени и снимаю предохранитель.
— Эй, Леночка, давай без нервов! — ухмыляется Дарьял и поднимает руки вверх. — Я просто хотел угостить тебя чем-нибудь вкусным.
Смотрю на Елену Прекрасную, которая направляет на меня ствол, и понимаю — я попал. Хотя это я ей только что сказал, что хотел угостить чем-нибудь вкусным, она явно решила, что я главный поставщик неприятностей на этот вечер. А может, и на всю жизнь. Легкая улыбка ее совсем не украшает, слишком много злости и раздражения.
— Дарьял, — говорит она, — у тебя совесть есть?
— Конечно. У нас с ней по очереди выходные, — отвечаю с наглой ухмылкой, разглядывая ее в упор.
Лена фыркает и, убирая пистолет в сумку, достает оттуда наручники.
— Надевай, — швыряет «браслеты» в меня.
— Это угроза или приглашение? — поднимаю бровь.
Ее холодный взгляд говорит, что шутки сегодня отменяются.
Ладно, давай поиграем в это. Моя девочка любит пожестче, я не против. Обожаю взрослых, уверенных в себе женщин, готовых к любым экспериментам.
