У людей, оказавшихся в ледяной воде, перехватывало дух, на какое-то время они почти теряли сознание. Однако постепенно они собирались маленькими группами вокруг плотиков и деревянных обломков. Кочегарный унтер-офицер Роберт Белл старался подбодрить собравшихся вокруг него людей с помощью шуток. Рядом плавал унтер-офицер Джеймс Коул, который находился на верхней палубе вместе с ранеными, когда эсминец перевернулся. Он сумел помочь некоторым из них добраться до плотиков.
Чуть дальше находился матрос 1 класса, который получил тяжелое ранение, находясь в КДП в тот момент, когда снаряд попал в мостик. Он делал все возможное, чтобы поддержать дух моряков. Старший боцманмат Фрэнк Бечеллор оставался на корабле до последнего момента, проверяя, все ли спасательные плотики и резиновые лодки сброшены в воду. Теперь он плавал вокруг и ждал.
Неутомимый кочегар Колли быстро собрал вокруг себя спасшихся и постарался организовать хоровое пение. Температура воды в это время была около 0є С.
Айсторп на «Ноферн Гем» в это время подошел совсем близко к месту гибели «Акейтеса». Несколько минут назад, когда он впервые поймал радиограмму эсминца, он крепко выругался, так как ему совсем не улыбалась перспектива тащить на буксире тяжело поврежденный эсминец. Он приказал своему старшему помощнику подготовить буксировочный трос.
Матросы начали вытаскивать толстый негнущийся трос из трюма «Ноферн Гем». Как обычно, он сопротивлялся изо всех сил и норовил перекрутиться восьмерками и петлями.
Однако Айсторп видел, что эсминец, к которому они подходили, садится все ниже и ниже. Наконец он понял, что «Акейтес» переворачивается. Он сразу приказал убрать буксировочный трос обратно и застопорил машины в 250 ярдах от эсминца. Матросы начали разбирать бросательные концы и спасательные сети.
«Можно было видеть людей, ползущих по борту эсминца, пока он переворачивался. Кто-то из экипажа «Акейтеса» начал петь «Выкатите бочки», и через несколько секунд эту песню подхватили очень многие. Пока мы ждали, корабль перевернулся вверх килем. Потом люди начали спрыгивать с него, чтобы плыть к нам», - писал Айсторп.
Десятки крошечных красных лампочек горели на воде, показывая, где находятся люди в спасательных жилетах. Более яркие белые лампы были установлены на спасательных плотиках. В сгустившейся темноте эти разноцветные огни создавали какую-то совершенно нереальную, фантастическую картину, напоминая эльфов, пляшущих на ночной поляне.
Однако фальшборт «Ноферн Гем» был слишком высоким. Волна бросала плоты вверх и вниз, и измученные люди почти ничего не могли сделать для своего спасения. С борта траулера были сброшены спасательные сети, но лишь очень немногие сумели подняться по ним. Однако экипаж траулера не стал колебаться. Несколько человек спустились к воде и перебрались на плотики, чтобы помочь поднять моряков «Акейтеса» на борт. Другие остались на спасательных сетях, стоя чуть ли не по пояс в воде. Они помогали пловцам обвязываться линями, чтобы их можно было поднять на палубу. Несколько матросов выстроились вдоль борта, помогая измученным людям преодолеть последние футы от смерти к жизни.
Все это время волны мотали и бросали плотики и резиновые лодки, стараясь выкинуть людей из них. Поэтому моряки «Акейтеса» и «Ноферн Гем» сражались изо всех сил, пока последний человек не оказался в безопасности. Как только один из спасателей замерзал окончательно, его место тут же занимал другой. Очень многих моряков «Акейтеса» спасла именно быстрота действий экипажа траулера. Если бы они были не столь расторопны, жертв оказалось бы гораздо больше. А так, рискуя собственными жизнями, экипаж «Ноферн Гем» спас всех.
Айсторп увидел человека, который лежал на дне спасательного плотика, и позвал его: «Иди сюда, сынок, прыгай». Однако человек лишь молча смотрел на него. Вестовой Джеймс Флеминг быстро спустился на плотик и обвязал его линем, чтобы моряка можно было поднять на борт траулера. Когда это было сделано, человек просто рухнул на палубу, даже не пытаясь подняться. Айсторп потом вспоминал: «Я сказал ему: «Сынок, тебе нельзя лежать здесь, ведь наверху чертовски холодно». Однако он только смотрел на меня. Он пытался что-то сказать и не мог. Я подозвал матроса, вместе мы подняли его и унесли вниз, чтобы ему оказали помощь. Тогда мы еще не знали, что это был молодой суб-лейтенант, получивший тяжелое ранение на мостике «Акейтеса».
Плот Пейтон-Джонеса оказался на некотором расстоянии от «Ноферн Гем», и моряки начали грести к траулеру. Матрос с палубы бросил им линь, и Пейтон-Джонес побыстрее привязал плот. Все люди на плоту собрались рядом, чтобы вытягивать линь, и плот, разумеется, перевернулся.
