“Она хотела умереть… Она пришла в этот поезд, чтобы умереть, как ее дочь!”, – осенило меня, а сердце сжалось от чужой боли. – “Наверное, она чувствует себя виноватой за то, что случилось… Хотя, ее вины в этом нет. Это просто жестокая и нелепая случайность…”.
Неподалеку за столом устроились две мои соседки, обсуждающие что-то и хихикающие. Они были так увлечены разговором, изредка роняя фразы: “Ах, джентльмен с ребенком – это всегда прекрасно! Я очень люблю детей!”.
В вагон вошел Бенджамин с внучкой.
– Приветствую вас, – кивнул он дамам и мне.
– Вы! – в ярости произнесла вдова, тут же повернувшись к Бену. – Как вы могли!
– Что я смог на этот раз в своем-то возрасте? – удивился Бен.
Камилла смотрела на него, как на злейшего врага.
– Вы сказали начальнику поезда, что я взяла один медальон! – прошипела она, сминая в руках кружевной платок.
– Я просто решил, что моей внучке рано еще видеть, что такое женское отчаяние, и к чему оно может привести, – произнес Бен.
– У вас нет сердца! – прошипела Камилла, а слезы потекли по ее бледным щекам. . – Я села на этот поезд только для того, чтобы снова обнять свою дочь!
– Я, конечно, могу исполнять желания, но не все, – сухо произнес Бен, пока Марджи выбирала место, где они сядут.
– Из-за вас я просидела в компании кондукторов и начальника поезда, которые держали меня за руки, чтобы я не сняла медальон! – зарыдала Камилла.
– Увольте меня от подробностей, – отмахнулся Бен.
Он собирался пройти мимо с суровым лицом, но сделав несколько шагов, повернулся к Камилле.
– Мадам, вы еще так молоды… – усмехнулся он. – Вы молоды, красивы, богаты…. У вас впереди вся жизнь. И я уверен, что однажды вы встретите того самого мужчину и снова захотите стать матерью.
Я плотно сжала губы.
– Это будет предательством по отношению к моей Мадлен! – сглотнула слезы Камилла.
– Это будет не предательством. Это будет шанс для вашей Мадлен снова появиться в вашей жизни. Подумайте над моими словами, мадам. И перестаньте делать глупости, – усмехнулся старик.
Он не стал останавливаться и продолжать диалог. А просто прошел за столик, который выбрала его внучка.
Камилла стала тихо рыдать в платок, а потом и вовсе отвернулась к окну.
– Дедушка!!! – внезапно послышался детский крик ужаса. – Дедушка! Что с тобой!!!
От неожиданности я даже подскочила.
– Дедушка, очнись! – умоляющий детский голос резанул по сердцу. – Дедушка…
Я видела, как старый Беня лежал на столе, с которого капал на пол чай. Маленькая Мардж, напуганная и обескураженная, трясла дедушку за плечо.
– Неужели он умер? – послышался голос двух дам. Все вскочили со своих мест, чтобы посмотреть, что там такое.
“Вот так становятся наследниками огромных состояний!”, – пронеслась в голове мысль. А я не знала, чем помочь.
Начальник поезда, возвращавшийся с других вагонов, бросился к Бену. Бена стащили и положили на ковер.
– Разойдитесь! – послышался голос Камиллы. Она спешила к Бену, доставая из маленькой круглой кружевной сумочки какой-то флакон.
– Дайте ему… – дрожащей рукой протянула Камилла роскошный пузырек. – Это зелье от сердца… У моего свекра такое было… Оно помогло…
– Мадам, успокойтесь! – строго произнес начальник поезда, осматривая Бенджамина. Он позвал кондукторов.
– Дайте я попробую! Мое зелье один раз помогло свекру… – настаивала Камилла, пока остальные стояли в стороне.
– Вы понимаете, что можете навредить! – резко произнес начальник поезда.
= Тут время на минуты… – закричала Камилла. – Дайте ему, как можно быстрее!
Ее трясущаяся рука тянула зелье, а маленькая Мардж схватила его и, пока начальник поезда пытался что-то сделать магией, влила его в посиневшие губы деда.
Пустой флакон упал на ковер, а я услышала выдох с покашливанием.
– Мардж… – сиплый голос заставил меня выдохнуть напряжение.
Бенджамин жив. Это – просто приступ.
– Дедушка! – запищала Мардж, бросаясь деду на шею. – Дедушка… Любимый… Не умирай, пожалуйста…
– Я и не собирался, – прокашлялся Бенджамин, тяжело дыша.
Слаба рука Бена сверкнула золото й запонкой и попыталась подняться. Судя по лицу, Бенджамин пересилил себя и все-таки поднял руку.
Невероятный, волевой человек.
– Его надо перенести в покои! – объявил начальник поезда. – Мы вынуждены будем сделать остановку в Рамсбурге, чтобы ему оказали помощь.
– Нет, мы продолжим путешествие, – прокашлялся Бен, пытаясь встать самостоятельно. – Я обещал внучке, что новый год… кхе… встретим на Новогодней Экспрессе. Если я сказал, значит…
Он напрягся еще сильнее.
– Вам нельзя напрягаться! – спохватился начальник поезда.
– … я выполню обещание, – выдохнул Бенджамин. И глаза его сверкнули.
Пока кондукторы поднимали Бена магией, маленькая Марджи держала деда за руку. На ее лице сверкали слезы.
– Я вынужден попросить кого-то из вас, чтобы он посидел с ребенком, – произнес начальник поезда. – И с господином Бенджамином Марлоу.
“Нужно помочь!” – подумала я. И в сердце появилась решимость. “Это лучше, чем сидеть в своем купе!” – согласилась я с внутренними доводами. “К тому же рядом находится купа дракона!”, – ехидно намекнуло что-то внутри, а я стиснула зубы.