– Все закройте глаза, – снова вернулся к занятию Эрбин. – Постарайтесь вообще ни о чем не думать. Представьте, как мысли разбиваются о пустоту внутри вас, как об оконное стекло, и стекают по нему, не затрагивая разума. Старайтесь дышать ровно и глубоко.
Поначалу я честно пыталась делать все так, как говорил наставник, но постепенно проклятые мысли самым коварным образом просочились за стекло и стали атаковать назойливыми мухами. Ассоциации со стеклом вернули домой. Вспомнилось, как мы с Верикой, когда шел дождь, прижимались лицом к холодному окну и наблюдали за происходящим. Хотели, чтобы погода поскорее наладилась и можно было убежать во двор. А потом кто-то из нас начинал придумывать истории, чтобы скоротать пасмурный день. Иногда такие посиделки прерывала мама, призывавшая нас помочь с чем-то.
Ворвавшийся в эти картины прошлого голос мигом заставил их разлететься вдребезги.
– Твои мысли снова не здесь, Тея.
Осознав, что голос Эрбина звучит только в моей голове, я еще больше растерялась и хотела открыть глаза.
– Не открывай, – последовал холодный приказ. – Не теряй концентрации. Снова представь в голове то, что нужно.
Стараясь не думать о том, как сильно пугает то, что посторонние могут не только читать мои мысли, но и общаться со мной так, я послушалась. Интересно, смогу я научиться противостоять подобному вторжению?
– Вот так, отвлекаясь на всякие мелочи, не научишься, – послышалось в голове ироничное.
Чертыхнувшись, я постаралась больше не отвлекаться. Но эти десять минут показались настоящей пыткой. Постоянно держать свои мысли под контролем было труднее, чем выполнять самую тяжелую физическую работу. Но на последней минуте у меня, наконец, начало получаться.
Раздавшийся в тишине, прерываемой лишь нашим дыханием, голос ворвался в сознание, словно сквозь туман. Это лучше всего доказывало, насколько же я все-таки сумела погрузиться в себя.
– А теперь выстройте мысленный барьер. Вы можете представлять его в виде чего угодно: двери, стены, занавеса. Постройте тот образ, который у вас лучше всего ассоциируется с защитой.
Я вспомнила, как мы с сестрой в раннем детстве устраивали в сарае убежище из одеял и представляли себя в пещере в каком-то ином сказочном мире. Нам казалось, что тут мы закрыты от любых опасностей, абсолютно защищены. Этот образ показался более родным, чем тот барьер, который я выстраивала раньше. Я тут же мысленно нырнула в импровизированное убежище и впервые почувствовала себя действительно отгороженной ото всех. Эрбин все же хороший наставник, раз дал понять, что личные ассоциации тоже имеют немаловажное значение. Когда представляешь не что-то отстраненное, а то, что когда-то прочувствовала на себе, гораздо легче добиться нужного эффекта.
– Отлично! – послышался голос наставника. – А теперь все откройте глаза и продолжайте удерживать образ в голове.
Я медленно разлепила веки. Свет в комнате тут же показался намного ярче, чем раньше, и я часто заморгала, заново привыкая к нему.
– А теперь подумайте о чем-то, но продолжайте удерживать образ. Наши не участвовавшие в практике пусть попробуют проникнуть за возведенный барьер.
Когда и Энний, и Асдус одновременно первой выбрали меня в качестве цели, я ощутила, как к щекам снова прилила кровь. Но все же приятно стало, что в Сумеречном мире я тоже пользуюсь популярностью среди мужского пола. Ульпия бы обзавидовалась! Энний поднял вверх большой палец, давая понять, что ничего не смог прочесть.
– Барьер что надо!
Не успела я обрадоваться, как Асдус, слегка нахмурив лоб, произнес:
– Четко прочитать не могу, но все же что-то такое различаю. Кто такая Ульпия?
– Нечисть тебя раздери, Асдус! – выпалила я, не успев даже понять, что вообще несу. Тут же сконфузилась и пробормотала извинения.
Все вокруг ухмылялись.
– Все равно неплохо, – подбодрил Эрбин. – Насколько я знаю, многоуважаемый Асдусциас обладает телепатическими способностями, выдающимися даже среди демонов.
– Благодарю за комплимент, – вежливо оскалился Асдус, явно польщенный, и подмигнул мне. – Так кто такая Ульпия?
– Кое-кто вроде обещал помалкивать, – пробурчала я и отвернулась.
Немного утешило то, что Асдус смог частично проникнуть за защиту каждого из присутствующих. Кроме Энния, которого тоже попросили выставить барьер в качестве эксперимента – преодолеет его братец или нет.
– Ну, а теперь займемся обратным, – проговорил Эрбин. – Проникать в чужие мысли. Для некоторых это будет особенно нелегко.
Я вздохнула, осознавая, что снова идет намек на меня. Но заметила, что и Криспина тоже вздохнула. Похоже, у нас с этой девушкой и правда много общего! Нужно будет все-таки познакомиться с ней поближе. Но пока нам обоим предстоит схожее испытание: научиться тому, что другие уже и так инстинктивно умеют.
– Сейчас вы разобьетесь по парам, – проговорил Эрбин. – Энний, опять же, может или просто понаблюдать, или закрепить свои навыки с кем-то из родственников новообращенных.
