Подлодка медленно опускалась на дно. Вокруг уже плавали водолазы, расстилая по дну материал, который должен соединить город и подводную лодку. Наконец будущий туннель начал надуваться воздухом и водой. Коридор был изготовлен из многослойного материала, где в каждый слой подавалась вода под разным давлением. Насколько Илья знал, такой метод, плюс свойства материала с множеством вставок, которые сдерживали натиск воды, позволяли держать давление воздуха очень близким к нормальному. По крайне мере, после выхода из такого туннеля, пускай даже через воздушный шлюз, у человека не развивалась кессонная болезнь[8].
– Черепахи на базу. – Голос в микрофоне прозвучал явно взволнованно. – После выхода просьба оставаться в раздевалке. По городу перемещения запрещены.
– Запрещены, так запрещены… – Илья пожал плечами и, разжав левую ладонь, глянул на зажатый в руке камешек. – Ну что, не судьба тебе оказаться снова на дне… Будешь у меня брелоком висеть….
Батискаф, отключив электромагниты, легко отделился от подлодки и поплыл в сторону освещённых шлюзов. Но Илья действительно понял, что всё позади только тогда, когда прозрачный купол батискафа откинулся в сторону, впуская внутрь себя воздух города.
Вера, пообщавшись с дежурной медсестрой, прошла по коридору, пока не увидела надпись «девятнадцатый бокс», и легонько толкнула дверь. Та скользнула в сторону, впуская девушку внутрь светлого помещения. Посередине палаты, в окружении выключенной сейчас аппаратуры, стояла большая кровать. На ней, укутавшись в одеяло, лежал на боку Дмитрий и, судя по сопению, спал.
Девушка, скинув лёгкие туфли, забралась на кровать и, поцеловав Дмитрия в щеку, легла рядом с ним. Она лежала и смотрела в лицо любимого человека, пока глаза совсем не начали слипаться, и она не задремала.
– Верунюшка… А ты что тут делаешь? – Вопрос заставил девушку открыть глаза. Дмитрий так и лежал, завернувшись в одеяло. Его взгляд непонимающе скользил по помещению. – А я тут что делаю? Хотя палатка вроде знакомая….
– У тебя был шок. Потеря сознания. Врачи считают, что ты просто переутомился. Они не придумали ничего умнее, чем вколоть тебе снотворное. А потом перенести сюда. – Девушка, приподнявшись на кровати, скинула лямочки сарафана, обнажив красивую грудь. А потом легла назад, посильнее прижавшись к любимому телу. – У меня от шока есть другое лекарство…
Через пару минут Дмитрий, чуть отстранившись, выставил вперёд руки и закрыл глаза.
– Вер… Пока ты мне всё не расскажешь, я на тебя даже смотреть не буду.
– Давай договоримся… – Девушка, хитро улыбнувшись, взяла руки Дмитрия и положила их себе на грудь. – Пока ты меня медленно раздеваешь, я тебе рассказываю последние новости. Как только перестанешь, я замолкаю. Согласен?
Не согласиться было тяжело. И Вера начала пересказывать события последних часов.
После включения сигнализации и затопления реактора прошло буквально несколько минут, как к нему подошла группа людей из безопасности. Сразу стало ясно, что угроза миновала, и вероятность даже случайной детонации практически на нуле.
К тому времени рукав, протянутый до подлодки, полностью наполнился воздухом, и по нему сразу начали проходить люди. Там действительно приплыло много женщин с детьми.
– Когда я отправилась к тебе, там уже все перешли в город. Их разместили в театре. – Девушка чуть запнулась. – Сейчас решается вопрос о размещении. К ним уже прислали программиста с фотографом для выдачи билетов. Капитан думает, что мы сможем некоторых разместить в недавно найденной пещере. По крайне мере тех, у кого есть подходящая специальность. А остальные будут жить в городе. Каждому от способностей. Почти коммунизм получается. – Вера совсем замолчала, пытаясь осознать, что не так. А когда поняла, воскликнула. – Ты чего остановился?
– А реактор? – Дмитрий задал мучавший его вопрос. – Что с ним? И кто был этот человек?
– Кажется, на мне снимать уже нечего… А ты все спрашиваешь. – Вера откинулась на подушку. – Ляг рядом. – Девушка подождала, пока Дмитрий устроится, и прижалась к широкой груди. – Мужчина работал водолазом. Подрывником… Его каюту уже обыскали. Его, конечно, немного жаль. Потерял всю семью. Но, с другой стороны, практически все кого-то потеряли. И не хотят за это убить остальных.
– А у тебя кто погиб? – Дмитрий рассказывал девушке о том, что потерял престарелую мать, про своих знакомых… Но когда заходил разговор о родственниках девушки, Вера уходила от ответа.
– У меня отец остался. – Девушка закрыла глаза и ещё плотнее прижалась к Дмитрию. – Но я верю, что он жив. Это не тот человек, чтобы так просто погибнуть. Я часто думала, что он даже знал о предназначении Марии Целесты. А когда наладили связь, я надеялась, что в Петербурге окажется поселение, и я узнаю, что он жив…
– А Илья как? Вернулся? – Дмитрий, глянув на грустное лицо девушки, постарался переменить тему.
– Вернулся. – Девушка через силу улыбнулась. – Попросил пару бутылок шампанского и направился к девушке, которую спас, снимать стресс.
– Стресс???
