Шёл медленно, приноравливаясь к сдавившим тело бинтам. С начала миссии минуло что-то около полусуток, а меня уже секли осколками, царапали, кусали, роняли на землю. Меня били электричеством и по голове… Даже удивительно, что ничего угрожающего здоровью ни Системой, ни Михалычем обнаружено не было. Тем не менее, приуменьшать опасность тоже не стоило. С десяток неприятных царапин, возмущённые пренебрежением собственной значимостью, со временем могли бы ещё напомнить о себе. Например, загноится, как то предрекал усатый эскулап.
Остановившись у безымянной стены, я провёл пальцем по шершавому камню, сглаженному и отшлифованному ветрами и временем. Песчаник? И вкрапления то ли охры, то ли умбры, то ли вообще какого-то мела. Коричневато-красная пудра легко крошилась в ладони. Несмотря на то, что скрашивать тюремный досуг я предпочитал за книгами, ассортимент тюремной библиотеки был не настолько скуден, чтобы зачитываться геологическими справочниками. Иными словами, природа достаточно мягкого и податливого камня, пестреющего чересполосицей разноцветных минеральных отложений, оставалась загадкой.
Я поёжился и бодрым шагом отправился дальше, пытаясь согреться в движении. Ветер с заунывными воплями носился по каменным коридорам, на открытых участках пробирало до самых костей. По крайней мере, в пещере было светло. То тут, то там ярко-голубыми наростами на теле скалы проступали друзы магических кристаллов, излучающих ровное холодное сияние. Света этих фонариков было достаточно, чтобы передвигаться, не натыкаясь друг на друга в темноте, а большего нам и не требовалось.
Впрочем, места в пещере хватало. Скальные карнизы, увенчанные балюстрадами сталагмитов, уходящие во тьму каменные колодцы и самой невообразимой формы крысиные лазы щупальцами огромного спрута отходили во все стороны от кое-как обжитых пространств. Несколько сотен человек, многие из которых — ветераны, имевшие за плечами тот или иной боевой опыт и парочку уровней, деловито бродили в ультрафиолете магического освещения. Никто не истерил, не жёг костры, отравляя воздух грибными спорами, а неизбежно возникающие конфликты пресекались быстро и жёстко. Чаще всего к общественным работам привлекались и зачинщики, и пострадавшие. Совместный труд, как известно, сближает.
В общем и целом собравшийся под стягом Демоса контингент создавал впечатление гораздо более обнадёживающее, чем тот сброд, что я имел неудовольствие наблюдать полторы недели назад. Про стяг Демоса, это я не для красного словца. Божественный Маяк гордо реял посреди просторной каменной галереи, оповещая всех и каждого, что Большой Брат смотрит за ними. Усмехнувшись собственным мыслям, я вызвал в интерфейсе те строки, что появились там при пересечении незримой границы:
Внимание! Вы находитесь в зоне действия Божественного Маяка. Установлены правила условно-безопасной зоны. Демос наблюдает за вами!
— Не теряй больше, — карта-ножны катаны вернулась к ожившему после недавнего развоплощения Заступнику. В моём распоряжении из клинкового оружия остался только непривычный в обращении и плохо подходящий для каменных коридоров полуторник, по-простому — бастард. Благо, хоть Маркус в своё время не стал потакать собственным комплексам. Меч имел вполне разумные габариты, а общая его безыдейность компенсировалась повышенной универсальностью.
Пользуясь безлюдностью полутёмного коридора, принял непривычную стойку и произвёл несколько пробных движений. Вывод сложился неутешительный. Пожалуй, я мог бы приноровиться к весу и балансу клинка, в результате недельных тренировок достигнув, скажем, нижней планки текущего уровня
Осенённый внезапной идеей, я достал из сумки жалкий огрызок своей одноручной «иглы» и скормил его оружейной карте. Результат несколько обнадёжил. Время восстановления оружия снизилось на треть, до восьми месяцев. Но, как и следовало ожидать, в стратегическом плане это ничего не меняло. Пообещай Система отремонтировать меч за неделю, мне всё равно пришлось бы искать замену — оружие требовалось здесь и сейчас.
Заступник растворился в тенях, заступив на вечное дежурство. Я же направился к четвёртому повороту по правой стороне главного зала, где в тесном, но неприметном и хорошо защищенном от ветра каменном тупичке свило гнездо моё голоштанное воинство. После боя в лесу Адам быстро сколотил себе банду из последователей Мамона и о «старых друзьях» как будто забыл. Я ожидал, что остальные последуют тому же примеру, однако случилось иначе. Все трое, не сговариваясь, увязались за мной.
