Сколько еще прошло времени, прежде чем я услышала звук отпирающегося ржавого замка? Мне показалось, целая вечность. До жути мерзкое создание с хвостом, козьей головой, лапами льва и человеческими руками, схватило цепь моих кандалов и потянуло в неизвестном мне направлении. Еще одна вещь, над которой у меня было время подумать по пути к Нему: зачем духу кандалы? В этом мире все вверх-дном. Почему-то это заставило меня изобразить вымученную улыбку на своем прозрачном лице. С мерзким созданием мы поднимались по разрушенной лестнице, которая не особо выделялась из общего фурнитура в стиле «кровь-кости», да и отвращение с рвотным рефлексом у меня куда-то исчезли, адаптация – дело несложное. Пока цепь гремела из-за моих движений, я успела осмотреться вокруг: все те же кости, все та же расчлененка и черно-красные тона. Завывает страшный звук, от которого продрогнут даже мертвые, наверное, это и были их голоса. Они бесконечно просили прощения за свои проступки и преступления, все как один их голоса сливались в один вибрирующий звук, который так и останется не услышанный никем, кроме Него и Его подчиненных. Я не заметила, как мы остановились с козло-львом, а зря. Я исследовала стены, двери и, когда решила перейти к другому объекту изучения, встретилась взглядом с Ним. Теперь он не пылал зеленым огнем, простые две темные бездны покоились на Его лице, синий огонь продолжал мирно мерцать на голове, а длинные пальцы были переплетены между собой. Наверное, так и выглядит абсолютное Зло. Под этим взглядом можно прогнуться, стать цепным псом, что собственно, со мной и происходит сейчас.
- Я привел пленницу, мой Господин, - козло-лев склонился в почтительном поклоне, боясь посмотреть своему повелителю в глаза. Верное решение.
- Ступай, - Он лениво повел рукой.
Подождав пока массивная дверь закроется, Он позвал меня на этот раз тихим, но вкрадчивым голосом, да так, что мой живот скрутился в одну большую спираль. Я повиновалась.
- Как спалось на костях и телах смертных? – грубый оскал лезвий показался на Его лице.
- Да, у тебя было время попрактиковаться в чувстве юмора.
Железный ошейник, надетый на мою шею, тут же сузился, перекрывая мне доступ к кислороду. Холодный металл впивался в кожу, оставляя на ней глубокие отметины. Мне никак не приходило в голову, почему у бестелесного создания настолько остро передаются все ощущения, ведь я ничего не должна чувствовать, а любые предметы обязаны пролетать сквозь мое тело. Я потянулась пальцами к ошейнику, в надежде ослабить железный обруч, но Он щелкнул пальцами, и мои руки с хлопком опустились по швам. Перед моим носом в разные стороны ходил указательный палец, давая мне понять, что ранние действия ни к чему не приведут. Я молча приняла поражение и продолжала задыхаться, глядя в глаза своему мучителю. Так вот, что значит быть «игрушкой».
- Еще не передумала?
Едва совершая движения головой, я дала свой неизменный ответ.
- Упря-я-ямая, - улыбка не сходила с Его уст. О чем-то подумав, Он резко встал со своего трона и мягкой поступью направился ко мне. Когда между нами едва можно было просунуть ладонь, Он спросил:
- Я же вижу, тебя мучают немые вопросы. Ты можешь задать мне парочку, и, возможно, я отвечу, - Он шутливо склонил голову набок, будто наблюдал за моей реакцией. Нужно пользоваться моментом. И не важно, что я знаю, что за ответы мне придется платить.
- Почему я чувствую боль? Ведь я бестелесна. Я не должна ничего ощущать.
Довольно хмыкнул. Будто ждал этого вопроса.
- Потому что я так хочу, - Он поднял руку и взял локон моих волос, слегка потянув на себя, отчего моя голова наклонилась вбок. – Я могу заставить тебя чувствовать полную гамму эмоций и ощущений, а могу сделать так, что ты будешь обычной пеленой дымкой, странствующей по реке Забвения…Но это слишком просто, согласись? – в доказательство своим словам, Он захватил больше волос и сильнее дернул их. Голова запрокинулась назад. Свободной рукой Он обхватил мою шею и крепче ее сжал. Железный браслет тут же с новой силой врезался в кожу. С губ сорвался тихий всхлип. Пальцы сжали горло в несколько раз сильнее, а улыбка острых зубов стала шире.
- Пожалуйста, - мои глаза почти закрывались, - прекрати.
Его большой палец руки переместился с шеи на мои губы. Проведя по ним своими ногтями, Он заставил их кровоточить. Наклонившись ближе к моему лицу, настолько близко, что я кожей ощущала жар от Него всего, Он провел языком по линии губ:
- Почти как живая, почти теплая, - Он довольно облизнулся, освобождая мою шею из стальных объятий. От сильного удушья мои ноги подкосились, и я рухнула на колени, обдирая их. Кашель застрял где-то в гортани. На губах все еще вкус железа и Его… Необычно, не человеческий запах, не человеческие прикосновения.
