Далее общий ход событий в Испании создал поразительную аналогию с ходом развития первой империалистической войны во Франции. Картина как будто полностью повторилась.
Как и в 1914 году на французском фронте, после короткого маневренного периода, не давшего никакого решения, в Испании наступила позиционная война. Как и в 1915 - 1916 гг. на французском театре, в 1937 году в Испании наступило противостояние фронтов с рядом безуспешных попыток прорыва. И, наконец, как и в 1918 году во Франции с его решающими схватками, на рубеже 1938 - 1939 гг. в Испании наступил последний период, давший решение стороне, намного превосходившей "в силах и средствах.
Все это удивительным образом напоминает ход развития войны 1914 - 1918 гг. на французском театре. Да и по продолжительности эти войны заняли почти одинаковое время. И хотя они протекали в совершенно различной обстановке, имели глубоко различный характер и совершенно различные масштабы, - по, видимо, некие общие условия определили одну и ту же закономерность их развития.
Эти общие условия, приведшие к превращению маневренной войны в позиционную, заключались в бессилии средств маневра там, где он был возможен по условиям пространства, и в отсутствии пробивной силы удара там, где он требовался для возобновления маневра.
С начала 1937 года на огромном протяжении Пиренейского полуострова, от Кантабрийских гор до Малаги, установился фронт. Он еще не был ни непрерывным, ни позиционным; но он стабилизирует положение и в этом отношении начинает играть роль позиционного фронта первой мировой войны.
Это явление привлекло к себе общее внимание.
Фронт в Испании возник без всяких преднамеренных соображений и без всякой подготовки. В каких-либо заранее укрепленных рубежах и пунктах для его создания не было никаких предпосылок, хотя географические условия горной местности этому, несомненно, благоприятствовали.
Фронт в Испании растянулся сразу на 2 000 км. Когда же в начале лета 1937 года пал район Бильбао{4}, фронт установился от Пиренейских гор до южного побережья полуострова, общим протяжением в 1 500 км. Это как раз вдвое больше протяжения фронта во Франции в начале 1918 года.
750 км Западного фронта в 1918 году держала армия союзников численностью в 4 миллиона человек. Через 20 лет фронт республиканцев в Испании, протяжением в 1 500 км, держала армия в 500 - 600 тысяч человек, т. е. примерно 1/3, или 12%, армии союзников в 1918 году.
Таким образом, при вдвое большем протяжении фронта, чем во Франции в 1918 году, и при армии, уступавшей в восемь раз численности армии союзников в 1918 году, фронт в Испании все же установился. Разумеется, он должен был иметь свой особый характер.
Для удержания фронта в 1 500 км требуется, по меньшей мере, 1 500 000 бойцов (из расчета 1 000 человек на 1 км фронта). Республиканская армия имела менее 50% этого количества. В этих условиях фронт в Испании не мог иметь характера сплошной линии и являлся на целом ряде участков скорее завесой. Этим он отличался от позиционного фронта войны 1914 - 1918 гг. На отдельных второстепенных направлениях только важные районы были укреплены в виде опорных пунктов. Часто, в особенности в горах, оставлялись лишь посты наблюдения. Фронт был в итоге слабо затянут. В целом, это, однако, не меняло его значения. Это был фронт, стабилизировавший положение, отделивший обе стороны огневой стеной и придавший войне позиционный характер.
Из этого явления поспешили сделать вывод, что позиционная война не преходящее явленно первой мировой войны 1914 - 1918 гг. и что если в Испании не удалось избежать установления в общем непрерывного фронта, значит он неизбежен в любой современной войне.
Несомненно, все объективные условия, казалось, благоприятствовали маневренному характеру войны в Испании. Ведь чем фронт больше и численность армии меньше, тем, как будто, больше условий для маневренной войны.
Однако именно события в Испании еще раз показали, что действительная причина установления фронта заключается не в простом соотношении пространства к численности борющихся армий, а в отсутствии быстроподвижных средств для развития маневра там, где он по объективным условиям возможен, и в отсутствии пробивной силы удара там, где возможность маневра должна быть обретена ценой преодоления фронтального сопротивления противника.
Конечно, в Испании были и свои особые причины для установления фронта. Забота о том, чтобы ни одна провинция и ни один клочок земли не попали в руки противника, заставляла республиканцев широко распространяться по фронту.
Ограниченные силы, отсутствие подготовленных резервов и невозможность возместить потери вынуждали республиканцев к строгой экономии сил и средств и не позволяли им все поставить на карту в одной решительной операции на избранном направлении. Это располагало больше к оборонительной стратегии и неизбежно вело к распространению по фронту для защиты удерживаемой территории.
Так в Испании война стала позиционной.
