– Нет, все-таки он идиот. Шеф, прошу, возьмите у него двести тысяч, и пускай катится ко всем чертям! Бедный охранник уже извел всю туалетную бумагу в сортире. Сколько же можно дальше мучить бедного «бульдога»?
Виктор погрозил коротышке кулаком.
– Помолчи! Илюха просто еще не совсем врубился, что, где и почем. Человеку все объяснить надо, а потом уже трясти из него деньги. Пойми, Илья, здесь нарисован вовсе не какой-то задрипанный развлекательный центр, а город Солнца! И находится этот город не за бугром, а в России, в одной из долин Горного Алтая. Вернее, он
– Ах, город Солнца? – иронично вопросил Илья. – Уж не тот ли это утопический город справедливости и всеобщего счастья, о котором некогда писал безумец Кампанелла? Ну, так сразу бы и сказали. Я – пас! Лучше сразу выбросить деньги прямиком в мусорную корзину. Справедливость вообще дело безнадежное, и уж во всяком случае, не нам, финансистам, инвестировать средства в то, чего нет, никогда не было и никогда не будет.
– А как же вера в Бога? – спросил Вольга. – Все великие религии стоят на трех китах: веры в чудо, в загробную жизнь и в справедливость. Пусть не в этой жизни, а там, на небесах, либо в новой реанкарнации… Тысячи лет бизнесмены вкладывают огромные деньги во все мировые религии. Тысячи храмов построены на их деньги! Вы, уважаемый Илья Борисович, тоже сделали крупный вклад в храм Христа Спасителя, когда Ваша матушка тяжело заболела и вам вдруг срочно понадобилась помощь Господа. Разве не о справедливости вы взывали к Всевышнему, стоя на заунощной молитве у алтаря?
Илья отшатнулся.
– Откуда вам все это известно? Хотя, наверное, за мной следят десятки глаз… Я чувствовал это, всегда чувствовал… Но никакому соглядатаю не дано проникнуть в мои мысли! И вам – тоже, хоть вы и пытаетесь изобразить из себя Господа!
Вольга вздохнул.
– Ну сколько можно говорить, что я не Бог, и даже не сын Божий? А мысли ваши о справедливости… так они у вас на лице написаны! Только говорить о них противно. Андрон, озвучь.
Коротышка противно осклабился:
– С превеликим удовольствием! Эта банкирская гнида стояла возле алтаря и молилась, чтобы Господь послал ее матери скорую смерть. И еще он просил, чтобы любимая мамочка, упрямая старая стерва – это я в точности повторяю его приалтарные мысли! – перед тем, как испустить дух, открыла бы тайну, в каком из зарубежных банков ее дражайший супруг спрятал изрядный кус денег из закромов компартии. Вот так это гавн… простите, этот славный человек понимает слово «справедливость». Ему, понимаете ли, все мало и мало! А для нас жалеет каких-то жалких триста тысяч, сволота.
Илья оцепенел. Об этих своих тайных мыслях он не говорил никому, даже Кате!
Вольга усмехнулся и сделал большой глоток пива. Странно, но она по-прежнему оставалась наполненной до самых краев.
– Мы можем помочь вам, дорогой Илья Борисович, найти бумаги отца, – сказал он. – Кстати, ваш батюшка перед смертью оставил завещание, где все тайные банковские счета в иностранных банках переводил на ваше имя. Вы не знали этого, верно? Увы, матушка под конец жизни невзлюбила вас, своего единственного сына, и спрятала оригинал завещания и все банковские бумаги. Знаете, за что такая немилость? Вашей матушки очень не понравились ваши трупоносные махинации с поддельными лекарствами, и она…
– Где? – хрипло перебил его Илья. – Где завещание отца?
Вольга рассмеялся.
– Как ни банально это звучит, но вы на нем, можно сказать, сидите. Матушка ваша была большой поклонницей Ильфа и Петрова, и…
Илья в ужасе схватился за голову:
– О господи! Ну конечно, она спрятала бумаги в один из стульев нашего старинного гарнитура! Я и подумать такого не мог… Разобрал старую дачу на досточки, перекопал всю землю в саду. А папашины доллары лежали у меня под задницей!
Виктор хохотнул и радостно потер руки.
– Ну, теперь врубился, Илюха? Мы у тебя денег не просим, мы тебе их даем, чудила! Не даром, конечно. Наш проект должен иметь свой управляющий банк, и нам нужен толковый финансист. Деньги ведь пойдут немалые, а с ними надо уметь управляться. Мы трое – из другого теста. Вольга – наш лидер и наша голова, я – инженер-строитель, Андрон – знатный пиарщик. Сам знаешь, без пиаровского звона сейчас никуда, иначе денег не будет. А денежки счет любят! Так как, Илюха, согласен?
Илья затравленно посмотрел на Вольгу, который спокойно потягивал пива из неоскудевающей кружки.
– Насколько я понимаю, другого выхода у меня нет?
– Пожалуй, что нет, – кивнул Вольга.
– Но почему именно я? В России найдется не меньше сотни финансистов покруче меня…
Вольга улыбнулся одними глазами и не ответил.
Андрон больно толкнул банкира в бок и зашипел:
– Ну сколько можно лакать дармовое пиво? Давай раскошеливайся, жмот! Надо как следует обмыть нашу сделку, а то у меня уже в горле пересохло. И не забудь оплатить уже выпитое пиво: у нас-то денег ни копейки!
