– Мне будет очень трудно объяснить, что́ тут произошло, – медленно проговорил он. – Когда совершается такое преступление, в моей стране поступают совсем по-другому.
Я находился близко от мистера Керема, и мне на миг почудилось, будто на его лице мелькнуло выражение тонкого коварства, но оно исчезло так быстро, что я был готов приписать его обману зрения.
– Да. С теми, кто умер в чужих краях, всегда возникают сложности, – ответил Холмс. – Если вам это поможет, я готов узнать, нельзя ли забальзамировать тело. Это уменьшило бы… затруднения при переправке. Я понимаю, ваша религия, возможно, этого не одобряет, но в силу сложившихся обстоятельств, пожалуй, так будет лучше.
– Разумеется. Я понимаю. – Мистер Керем уставился в потолок. – Не знаю, как поступить. Я полагаюсь на вас.
– Сделаю, что в моих силах, мистер Керем, однако, боюсь, мало чем смогу вам помочь. Если приказ был отдан полицией, вам следует обращаться к ним. – Холмс слегка поклонился. – Вам нужно попросить полицейских ускорить следствие.
– Я уже просил. Объяснил им про корабль. Они меня не слушают. Я ведь всего-навсего иностранец. – Он говорил так проникновенно, что я искренне посочувствовал ему.
– Я приложу все усилия, мистер Керем, – снова заверил его Холмс. – Однако вряд ли я сумею поспособствовать тому, чтобы вы уехали прямо сегодня.
– Я должен! – воскликнул тот. – Если я не уеду сегодня, то опозорю свою семью и память своего… своего убитого родича.
Я подумал: «Неужели мистер Керем позабыл имя юноши и степень их родства? Или он запнулся потому, что у турок запрещено называть покойников по имени?» В свете подозрений Холмса первое представлялось мне более вероятным, чем второе.
– Можете рассчитывать на ту скромную помощь, которую я способен вам оказать, мистер Керем. К сожалению, большего я сделать не в состоянии. – Холмс снова притворялся бездеятельным бюрократом, который любит застревать на мелочах, чтобы придать себе весу.
– Я оценю любые ваши усилия, мистер Холмс, – сникнув, пробормотал турок. – Мне надо забрать его домой.
– И заберете! Уж я постараюсь, чтобы это случилось сегодня. Но все зависит от полиции. Видите ли, если полиция не хочет отдавать тело, у меня связаны руки.
– Вижу, вы не слишком стремитесь мне помочь, – с горечью промолвил мистер Керем.
– Что поделать, если вы обращаетесь ко мне с весьма затруднительной просьбой? – возразил Холмс. – Я думал, все уже улажено, и не предвидел, что обстоятельства изменятся. Кто хочет вспахивать одно поле дважды?
– Я бы не хотел, – сказал мистер Керем.
– Вот и я тоже! Но я попытаюсь сделать все, что от меня зависит, и как можно быстрее. – Патрон кивнул, тем самым давая понять, что намерен завершить беседу. – Я пошлю вам записку, если будет что сообщить. Скажите моему слуге Тьерсу, где вас можно найти сегодня утром.
Мистер Керем вытянулся и застыл. Он был оскорблен тем, что его выпроваживают.
– Сожалею, что побеспокоил вас. Я в отчаянии.
– Ваши извинения приняты, – ответил Холмс. – Но если вы просите меня о помощи, я должен тотчас приниматься за работу. Простите мою спешку, однако мне надо немедленно связаться с полицией.
Мистер Керем тут же сменил гнев на милость:
– Да, конечно. Уведомите полицейских о моих намерениях. Не буду вас задерживать. – Он сам, без посторонней помощи надел свой плащ. – Я вернусь в гостиницу и буду ждать от вас новостей. Благодарю, мистер Холмс.
– Пока что я не заслужил вашей благодарности, – скромно, но с оттенком суровости ответил Холмс.
– Нет, заслужили. Я жду известий. Всего хорошего.
Мистер Керем развернулся, вышел из библиотеки и направился к выходу, не дожидаясь, пока Тьерс его проводит.
– Что еще сулит нам сегодняшний день? – задумчиво промолвил Холмс, глядя через распахнутую дверь в коридор.
– Вы сказали, что постараетесь ему помочь, – заметил я.
– Это называется «ставить капкан», мой мальчик, – невозмутимо поправил Холмс. – Надеюсь, полиция наконец взялась за работу как следует. Если мистер Керем будет упорствовать, к сожалению, они не смогут долго удерживать у себя труп бедного юноши.
Эти слова поставили меня в тупик.
– Вы намекаете на татуировку?
– Да, в том числе, – ответил Холмс и сел на свое место. – Плохо, что мы обязаны отдать немцам тело Криде: помешать этому не в наших силах. Но с турком иное дело. Тут мы должны сполна использовать подвернувшуюся возможность.
Я немного помолчал, а затем спросил:
– Вы собираетесь послать записку в Скотленд-Ярд?
– Я собираюсь послать записку инспектору Стренджу. Хочу узнать его мнение обо всем этом, прежде чем ходатайствовать за мистера Керема.
Холмс открыл ящик приставного стола и вынул оттуда лист бумаги и конверт, затем достал письменный прибор, быстро набросал несколько строк и написал на конверте адрес инспектора Стренджа.
– Тотчас велю Сиду Гастингсу отвезти записку. Скажу, чтобы дождался ответа.
– А что насчет тела?
Я знал, что мой патрон – весьма влиятельная фигура, но сомневался, что ему под силу вынудить полицию выдать труп до завершения повторного вскрытия.
