Кто-то из местных жителей переправил в названии маленькую букву «з» на большую, а про «Не» даже не вспоминали. Так Незабудино стало деревней Забудино, о чём свидетельствовал уже новый металлический указатель, поменявший смысл названия деревни на противоположный.
Жителей в Васютиках и Забудино было в сотни раз больше, чем в Новых Ряженках (если вообще можно считать Новые Ряженки деревней, а Лукерью, бабу Зину и Зуича – его жителями). Не только потому, что Новые Ряженки – совершенно новая деревня. Забудино и Васютики с годами развивались и расширялись. А в Новых Ряженках кроме электричества ничего проводить и строить больше не собирались.
Желающему стать жителем Новых Ряженок пришлось бы немало потрудиться: построить дом, который ему нравится, вырыть колодец, провести к себе в дом электричество и выложить печь. В награду он мог бы жить возле девственной природы, дышать чистым воздухом, пить ключевую воду из родника, купаться в речке, ловить разную рыбу сколько пожелает, прогуливаться в смешанном лесу, где растёт много грибов и ягод. Но таких людей к общей радости жителей Новых Ряженок, было очень и очень мало, скорее, вовсе не было.
На ярмарке в это воскресенье народу было – не протолкнуться! Сюда съезжались торговцы и жители Васютиков, Забудино и Новых Ряженок. Чем здесь только не торговали! Купить можно почти всё, что необходимо в хозяйстве – от иглы до коровы.
Возле самого входа уже чувствовался запах ароматной выпечки. Посетителю предлагали отведать кренделя с маком или бублики с корицей, угоститься чаем из самовара.
В первых рядах торговали живностью и продуктами, которые получали от этой живности: сырами, подкопченными колбасками, пирогами, творогом и молоком, ряженкой и сметаной. А также тем, что выращивали у себя на огороде. Так, что, если кто-то не собирался обзаводиться этой самой живностью, мог купить самые свежие продукты в любой выходной день. Торговцы предлагали свой товар наперебой:
Вторые ряды пестрели товарами рукодельниц: вышитыми рушниками, лоскутными одеялами, платками, рубахами. Зуич подошёл к одному такому прилавку. Очень уж ему понравилась сорочка с вышивкой. А за прилавком торговец не унимался:
Зуич шутя ответил:
Сказал и, улыбаясь, пошёл дальше вдоль рядов. Продавец с удивлённым видом долго смотрел ему вслед. Больше он не выкрикивал из-за прилавка.
Вообще-то Зуичу нравилось гулять по ярмарке. Тут можно было и подкрепиться, и выпить чай из самовара, купить обнову. Но больше всего ему нравилось смотреть на приезжих артистов в балагане, установленном в выходные дни на ярморочной площади. И была на то у Зуича своя причина. Он смотрел на то, как выступают артисты, иногда вздыхал, иногда смеялся, а иногда Зуича и на слезу прошибало. Тогда он, вздохнув, уходил с площади, покупал себе для утешения какой-нибудь крендель и медленно волочился домой.
Зуич миновал прилавки с глиняными горшками, кувшинами, деревянными шкатулками и всякой другой деревянной утварью и направился к тому месту, откуда раздавалось кудахтанье кур и петушиное «ку-ка-ре-ку!» Он не мог понять, почему именно сегодня там скопилось так много народу. Люди что-то выкрикивали, кого-то подбадривали, а кто-то скандалил. Но громче всего знакомый Зуичу голос недовольно орал: «Ах, ты, окаянный! А ну, поди сюда! Вот, попадёшься ты мне! Я из тебя суп сварю!»
Зуич пробирался сквозь толпу к месту действия, где народ весело скандировал: «Яшка! Яшка! Яшка!» Что там происходит? Кто такой Яшка? Почему все его поддерживают, а какая-то женщина орёт, что суп из него сварит?
И вот, он уже оказался в самом центре событий! На его глазах разворачивался самый настоящий петушиный бой! Два больших петуха бросались друг на друга, бодались, бились лапами, пытаясь клюнуть каждый своего соперника. Большая часть толпы кричала «Яшка, Яшка! Давай!», другая часть – «Гектор! Гектор! Прыгай выше, прыгай!» Было видно, что Гектор – петух сильный и ловкий! Но Яшка ему не уступал и был, вероятнее всего, задиристее и шустрее Гектора, хоть и немного меньше его. Гектор решил не тратить свои силы напрасно в отличие от Яшки, который без конца наскакивал на него под общее подбадривание.