Отовсюду слышались слова – шелест, будто перезвон хрустальных колокольчиков самых разнообразных звучаний: «Несём эфиры тонкие, превращаемся, овиваем… Мы – изумрудные стражи!.. Все сплетения Земли – от Любви! Да, от Любви!.. С солнечным Ветром ввысь поднимаемся! Распускаемся – изумляемся. Тянемся к Небесам!» – перешёптывались деревья, кустарники… Звенели благоухающими чашечками цветы… Розы напевали: «Мы прекрасны – знаем!» А одна – жемчужного цвета, только что распустившаяся, запела дивно:
А Колокольчик пел свою песню:
Вот вылетел из лилового цветка трудяга Шмель и зажужжал с наслаждением:
В вечернем свете Луны пела Энотера:
Право, остров был невелик, но словно вобрал в миниатюре всё многообразие Голубой Планеты – Земли. Справедливости ради сказать, немало обитало и птиц, и зверей, но, необъяснимым образом, видно их было лишь рано поутру или в самую звёздную полночь. Но самым интересным и важным обитателем тех мест был огромных размеров огненно-рыжий Кот. Он, как и водится, гулял сам по себе – где хотел и как хотел.
«Скоро назначенный час, – размышлял про себя Кот. – Поскорей бы…»
– О, любезный господин Кот! Вы, как всегда, всё знаете. Сердце подсказывает нам – предстоит что-то очень важное на нашем острове… – взволнованно проговорили Хризантемы.
Кот всматривался куда-то вдаль… Он будто не услышал, что ему сказали цветы. И тихо, еле слышно, произнёс:
– Должно, когда-то должно…
– Ах, – ещё больше заволновались красавицы. – Ведь всё и так хорошо…
– Хорошо… – задумчиво ответил Кот и тут же скрылся в чаще деревьев.
– Что бы это значило? – всё переговаривались тревожно цветы. – Не перестанут ли нам являться прекрасные образы? Мы их всем островом так полюбили… – вздыхали они.
Но исчезновение образов не грозило Острову Цветов. Просто настало время немножко навести порядок…
Давно нарушало созерцательную тишину местности несогласие, ревность, зависть и другие очень неприятные качества, чужеродные любви, радости и гармонии. Всё чаще откуда ни возьмись появлялись незнакомцы, которые всем своим видом внушали, казалось, позабытые чувства страха и тревоги. Но, как известно, рано или поздно настаёт время, когда и Земля, и вся необъятная Вселенная требуют восстановления божественного порядка.
Деревья-великаны качались в чарующем танце, и сказочный Ветер нашёптывал перемены… На небе царила полная Луна. Она казалось такой большой, как никогда… Серебряными нитями соединялись звёзды, образуя великий Смысл-Узор над Землёй. Ангелы в перламутровых одеждах посылали свои подсказки прозрачно-чистыми голосами и разноцветными энергиями. В лазоревом свете появлялись Херувимы. Они пели духовные гимны, наполняя природу и всё пространство земное силой духа и мудростью…
С нарастающей силой происходило волшебное озарение неземных образов. Они кружили в ветвях деревьев и стеблях растений; обволакивая несметной, но лёгкой силой, отчего всё начинало светиться и дрожать искрами серебряно-золотой пыльцы.
Всё пришло в оживление…
В самом густом лесу, под сенью древнего Дуба, рос ажурно-перистый Папоротник. В эту самую особенную ночь с ним произошло необычное…
– Кажется, поднимается вихрь… – сказал Подсолнух. Да так громко, что на небольшой полянке возле леса его услышала малютка Незабудка… – Неужели завтра я не увижу золото лучей моего дорогого Отца-Солнца?! – так душевно горячо, не скрывая своей любви, обращался Подсолнух к Источнику всеобщего бесконечного тепла.
Прилагая немало усилий, под порывами ветра, он, словно в молитве, складывал свои большие широкие листья…
– Мама! – едва слышным голоском позвала маленькая Незабудка.
