Не открывая глаз, жеребёнок прислушался к доносящимся со всех сторон звукам, волнующим и непонятным. Его чуткий слух уловил плеск воды, шелест листвы, стрёкот кузнечиков, весёлое птичье пение и совсем рядом – какое-то странное сопение и возню. Было что-то пугающее, таинственное и манящее во всех этих незнакомых звуках. Но любопытство взяло верх над страхом и нерешительностью.
«Если я сейчас не открою глаза, то так ничего не узнаю и не увижу. Зачем же тогда я родился?» – подумал жеребёнок и с замиранием сердца, которое от волнения готово было выскочить из груди, открыл глаза.
И тут же невольно вздрогнул от раздавшегося прямо над ухом радостного вопля:
– Наконец-то! Смотри, Мурка, он открыл глаза!
Вокруг Игогоши, радостно виляя похожим на пушистую метёлку хвостом, прыгал рыжий щенок с отвислыми ушами, почти касающимися земли.
«Так вот кто нетерпеливо возился и тихонько рычал рядом со мной», – догадался жеребёнок. Весёлый щенок с первого взгляда понравился Игогоше.
– Привет, я щенок Тузик, а это кошка Мурка!
Мурка сидела рядом с Тузиком и умывалась, облизывая лапку, а затем проводя ей по мордочке. Это была очень важная, с длинной, пушистой дымчатой шерстью и загадочными зелёными глазами, кошка.
– Угомонись, Тузик, что ты такой нетерпеливый, дай малышу освоиться, он же только что родился, – Мурка прекратила умываться и укоризненно посмотрела на щенка своими большими изумрудными глазами.
– Ах, какая вы красавица! – восхищённо прошептал Игогоша.
Мурка кокетливо сощурила глаза и, изящно прогнув спину, будто не касаясь земли, на своих мягких лапах подошла к жеребёнку.
– С днём рождения, малыш! – раздался сверху чей-то скрипучий голос.
– Ой, кто это? – недоумённо спросил Игогоша.
– Ты лежишь под старой телегой, это она поздравляет тебя с первым днём твоей жизни, – пояснила Мурка.
Голос у кошки был так же красив, как и она сама – мягкий, вкрадчивый, тихий, но повелительный.
– Сейчас же иди и скажи дедушке Егору, что у нас родился жеребёнок, – не терпящим возражения тоном сказала она Тузику, и щенок куда-то затрусил с собачьей преданностью и готовностью.
Чтобы посмотреть, куда побежал щенок, Игогоша выкарабкался из-под телеги и встал на тонкие нетвёрдые ноги. И он увидел целый мир. Во-первых, он увидел солнце. И не только увидел, но и почувствовал, какое оно тёплое, ласковое и доброе. Ему понравился и зелёный лужок с желтоглазыми ромашками и золотистыми одуванчиками, и большой красивый дом, к которому побежал Тузик. Дом стоял на высоком, крутом берегу синеющей внизу реки. Речные волны, набегая друг на друга, о чём-то весело переговаривались друг с другом. Старая телега, под которой встретил свой первый день Игогоша, тоже находилась на берегу речки недалеко от дома.
– Здравствуйте, дорогая Телега! – вежливо поприветствовал маленький жеребёнок старую телегу. – Спасибо, что приютили меня. Вы, наверное, моя мама?
Старая телега и кошка так долго смеялись над словами наивного жеребёнка, что он почувствовал себя очень глупым и чуть не заплакал от обиды.
– О-о-ох, – проскрипела Телега, – я чуть не развалилась от хохота! Какой же ты милый и смешной, малыш!
– Несмышлёныш! Твоя мама – тётушка Лошадь. Она пасётся на лугу за домом, – Мурка сделала изящный жест лапкой в сторону дома. – Если обойдёшь дом, ты сразу увидишь её.
– Я очень хочу к маме, – Игогоша нетерпеливо забил по земле копытцем.
– Конечно, беги, ведь ты, наверное, проголодался?
– Да, и есть тоже очень хочется. Ой, а вдруг я не узнаю свою маму?
– Узнаешь, – Мурка ласково улыбнулась, а старая телега тихонько скрипнула, – твоя мама очень похожа на тебя. Только ты маленький, а она большая. Но сначала тебе нужно познакомиться с дедушкой Егором, вон Тузик ведёт его сюда.
– А кто такой дедушка Егор? – большие влажные глаза жеребёнка, опушённые длинными ресницами, с любопытством уставились на кошку в ожидании ответа.
– Это наш хозяин. Он заботится о нас, а мы за это служим ему. Дедушка Егор очень добрый, и мы его любим.
И Мурка легонько подтолкнула Игогошу навстречу хозяину.
– Ах ты красавец! Помощник мой будущий! – дед Егор ласково потрепал маленького жеребёнка по холке, погладил по спине.
Резвый Тузик весело прыгал рядом с хозяином, всячески выказывая ему свою преданность. Руки у дедушки были такие тёплые и добрые, что Игогоша доверчиво потянулся к ним мягкими бархатными губами.
– Э-э-э, дружок, да ты хочешь есть, – истолковал по-своему этот жест дед Егор и повёл жеребёнка к маме.
Игогоша закондылял за дедом сначала неуверенно, потому что ножки его ещё были слабоваты, но потом всё быстрей и быстрей, в нетерпеливом ожидании встречи с мамой. Он и вправду её сразу узнал. Она просто не могла быть другой, его мама. Красивая, стройная, чёрная как ночь, с белой звёздочкой на лбу. Увидев Игогошу, она взволнованно и призывно заржала. До самого вечера малыш пробыл со своей мамой на лугу за домом, а потом он попросил отпустить его к новым друзьям, по которым успел соскучиться. Мама Лошадь не возражала, и он прибежал и снова улёгся под телегой.
Телега грустно вздыхала и скрипела. Жеребёнок заволновался.
