«Светочка! Светлашка! Ты прости меня за то, что дёргал тебя за косы. И забирал играть твоим любимым медвежонком. Я ж не знал, что ты исчезнешь. Я ж думал, ты всегда будешь рядом. Я ж люблю тебя, сестрёнка, хоть ты и противная бываешь. Где ты, Светка?» И подпись «Петька Коробкин».
– Я, когда найду её, отдам письмо, – мальчуган вытер рукавом рубахи слёзы. – Пусть она не злится на меня и знает, что…
Его слова потонули в оглушающем грохоте. Одна стена полностью провалилась вовнутрь, раздавив лежавших на кроватях детей. Петька схватил Андрея за руку.
– Бежим! Сейчас все стены рухнут!
В густой пыли Андрей ничего не мог разглядеть. Дышать стало просто невозможно. Рядом что-то грохнуло с новой силой. Петька куда-то пропал. Андрей бессмысленно метался то вперёд, то назад, пока, наконец, не свалился в какую-то неглубокую яму, судорожно сжимая в руке письмо на клочке газеты.
И наступила тишина. Звуки поглотило нечто неведомое, зловещее. Андрей ещё некоторое время лежал, боясь шевельнуться и открыть глаза. А когда он наконец-то разлепил веки, то зажмурился от ослепительного солнечного света. Госпиталь исчез, будто и не появлялся никогда. Андрей обнаружил, что лежит на ступенях перед входом в небольшой магазин с надписью под самой крышей «ХОЗМАГ».
– Мальчик, ты чего хотел? – подозрительно спросила Андрея продавщица магазина (приятная седовласая женщина с карими глазами и каким-то очень знакомым веснушчатым лицом), когда Андрей решился войти в «ХОЗМАГ».
– Я просто зашёл, – промямлил мальчик.
– Вид у тебя странный, дружок, – женщина разглядывала Андрея всё пристальнее. – Где твои родители?
– Не знаю, – чуть не плача, мальчик пожал плечами.
Ему вдруг захотелось кинуться к продавщице, закричать, что он попал в беду, что потерялся не просто в этом проклятом городе, а во времени. Что его теперь мотает, как жалкую рыбёшку океанскую в шторм.
– Что значит – не знаешь? – удивилась женщина. – А ты где живёшь?
– В Новосибирске!
– Да ты что?! Как в Новосибирске? А сюда ты как попал?
– Приехал с мамой и… заблудился.
– Вот же горе! – всплеснула женщина руками. – Ну ничего, пойдём ко мне домой, я тут за магазином живу. Посидишь у меня, а я тем временем в милицию обращусь. Найдём мы твою маму!
Продавщица обняла Андрея за плечи.
Однако в тот день найти маму Андрея Светлане Владимировне (так звали сердобольную продавщицу) не удалось. В милиции разводили руками, потому как никакой информации по Андрею Ивлеву у них не было. Никто мальчика не искал, о пропаже его заявление не писал. Светлане Владимировне сказали, что сделают запрос в Новосибирск, и если оттуда не придёт никаких сведений, то мальчика, скорее всего, отправят в ближайший детский дом.
– Бедненький ты мой! – причитала Светлана Владимировна. – Я-то знаю, что такое потерять близкого человека. Сама в детстве брата потеряла. Мне восемь было, ему десять. Давно это было, еще в войну…
– А простите, – решился спросить Андрей, зная, что его вопрос вызовет недоумение. – Не скажете, какой сейчас год?
Светлана Владимировна так и застыла с чайником над чашкой и чуть не пролила кипяток на стол.
– Дитятко! Так, может, ты не Ивлев, а кто-то другой? Может, ты память потерял?
– Ничего я не терял, – разозлился Андрей. – Я просто спросил.
– Тысяча девятьсот восемьдесят первый, Андрюшенька. Август. Бедный ты мой, совсем как я после того поезда, – Светлана Владимировна поставила чайник на стол и задумчиво села в кресло. – В сорок втором это было, тоже в августе. Нас везли с братом из Ростова. Эвакуировали детдом. А на станции Бештау снаряд немецкий в поезд наш угодил. И потеряла я тогда брата, Петеньку. Не знаю, жив он тогда остался или погиб.
Холодный пот прошиб Андрея. Машинально он полез в карман и достал спрятанный там клочок газеты.
– Вот, возьмите.
– Что это? – удивилась Светлана Владимировна.
– Мне кажется, это от вашего брата…
– Это ж… – руки у Светланы Владимировны так дрожали, что она с трудом удерживала клочок газеты. – Это ж его почерк! Столько лет прошло, но я помню почерк в его ученических тетрадках, – женщина в изумлении и ужасе посмотрела на Андрея. – Откуда у тебя это?
– Я… – замялся Андрей, – это нашёл.
– Где? – казалось, Светлана Владимировна была готова проглотить мальчика от ошеломления. – Да кто ты такой? И откуда ты взялся?
– Я не знаю. Простите…
– Ладно, – женщина попыталась выровнять дыхание. – Поздно уже. Спать тебе пора. Завтра разберёмся, кто ты и откуда, и что мне с тобой делать…
Ночь была тихая, лунная. Андрею чудилось, будто звёзды в другом времени крупнее и светят ярче. Спать совершенно не хотелось. Прокрутившись в постели часа полтора, Андрей встал и решил выйти во двор. Старая деревянная дверь как-то знакомо скрипнула, с трудом отворяясь. Андрей шагнул в неё и…
Он снова стоял в коридоре возле всегда закрытого номера в гостинице.
– Андрей, – из другого номера выглядывала рассерженная мама и грозила мальчику кулаком. – Иди спать! Что ты там делаешь?
