Я взмахнул волшебной палочкой и оказался возле самой радуги. Ну наконец-то! Я потрогал её, и рука у меня тоже стала радужной. Радуга немного пружинила, но стоило лишь чуть посильнее надавить, и рука тут же проваливалась в мягкое и пушистое.
Потом я осторожно попытался забраться на радугу. Это оказалось довольно легко – радуга была не очень крутая, а ноги проваливались в неё по щиколотку и держались крепко. Правда, с непривычки я всё равно, пока лез, все коленки и локти перепачкал. А потом, когда скатывался с радуги – всю спину и попу. А потом – когда снова лез – ещё больше перепачкался.
А потом я ещё долго валялся на радуге и глядел, как проплывают внизу маленькие кудрявые облака. А потом я лепил радужные снежки и швырял их вниз. Они долетали до земли и взрывались разноцветными брызгами. И когда я спустился на землю, то увидел радужные дома, радужных детей, радужных коров, радужные деревья и радужную дорогу, по которой шла радужная мама и радостно мне улыбалась.
Такие вот мы все и ходили радостные и радужные. До следующего дождя.
А после него была новая радуга.
Я взмахнул волшебной палочкой, и мама перестала плакать, а папа упал перед ней на колени и сказал:
– Дорогая, прости меня, пожалуйста!
Потом папа вскочил и достал из-за спины букет роз. И коробку конфет. И новые серёжки. А мама обняла папу и сказала:
– Конечно же, я тебя прощаю!
И мы пошли в кино, цирк и зоопарк. А вечером мы всей семьёй кушали торт и смотрели кино.
И папа гладил маму по руке, а она улыбалась.
И папа шептал что-то маме на ухо, а она смеялась так заразительно, что я тоже смеялся.
И так теперь было каждый день.
Безо всякой волшебной палочки.
Алиса Манухова, 15 лет
