Уже прошло несколько месяцев, как было принято решение, что двоих старших детей осенью отвезут в Англию и устроят учиться в школы, а двое младших останутся в Канаде под надежным присмотром. Однако план осуществить не смогли, потому что подходящий человек на тот момент не нашелся. О миссис Ковидак не было и речи, так как она была даже не в состоянии смотреть за малышом Филиппом. Эрнест был настолько развитой, что нужен был кто-то, способный его учить. «Жаль, – говорил отец, – что и ирландец, и девица Базби оказались негодными».
Эрнест, встав навытяжку, заявил, что, если Гасси и Николас едут учиться в Англию, он тоже хотел бы поехать, но ему объяснили, что посылать троих сразу вышло бы слишком дорого и что ему придется ждать своей очереди.
– Когда смогу поехать я? – спросил он.
– Через пару лет.
– Но мне без Гасси и Николаса будет одиноко. Не с кем будет играть.
– С тобой будет младший брат, – бросив на него отсутствующий взгляд, ответила Аделина, которая с головой ушла в подготовку к отъезду.
– Я бы хотел, чтобы мистер Мадиган вернулся домой, – сказал Эрнест.
– Домой? – переспросила Аделина.
– Он часто называл наш дом своим.
– Думаю, сейчас он как раз у себя дома в Ирландии, с матерью.
– Бедняга. – Эрнест вдруг стал похож на умудренного жизнью старичка.
Как ни странно, Августа и Николас были, кажется, готовы оставить его в «Джалне». Сестра оставила подробные инструкции, как ухаживать за голубем. Николас объяснил, как кормить кроликов. Эрнест слушал с притворной покорностью, а сам недоумевал, каково было бы им, если бы их оставляли дома, а он бы отправлялся в увлекательное путешествие в Англию. Внутри он весь кипел от бессилия.
Миссис Лэси, которая сама учила своих дочерей, дала несколько уроков и молодым Уайтокам. Успеха эти уроки не принесли. В одних случаях соседские дети ужасали ее своим невежеством. В других – потрясали своими знаниями. Все это был результат преподавания Мадигана. И все же дети считали его во всех отношениях лучше тех, кто с его отъездом пытался впихнуть книжные знания в их головы.
Миссис Мадиган в их глазах была таким посмешищем, что при одной мысли о ней они разражались громким хохотом.
Были дни, когда Августа вела себя по-детски, как и братья. В другое время она держалась от них в стороне, стараясь нащупать тропинку к своей женской природе. Она до такой степени была противоположностью матери, что общение друг с другом для них мало значило. То, что Аделина считала просто нелепым, Августе наверняка показалось бы убогим. То, что могло ужасно разозлить Аделину, проходило незамеченным для Августы. То, что дочь считала значительным, мать могла принять за банальное. Августа тяготела к одиночеству. Аделина обожала компанию. Ночной сон Августы нередко тревожил образ Гая Лэси. Молодой человек возникал из темноты в форме морского офицера и сиял улыбкой. В такие минуты она впадала в оцепенение и ждала, что он заговорит, но он исчезал так же бесшумно, как и появлялся.
Был еще один гость, на этот раз самый настоящий. Люциус Мадиган как-то зимним вечером поднялся по лестнице и оказался прямо в комнате для уроков, где трое молодых Уайтоков сидели и делали вид, что занимаются. Аделина и Филипп как раз уехали погостить в Квебек.
Мадиган появился в дверном проеме и улыбнулся детям.
Увидеть его здесь было так естественно, что в первое мгновение они даже не сообразили, что надо удивиться. Он просто вернулся из прошлой жизни, чтобы ошеломить их.
– Какое чудное зрелище! – воскликнул он. – Трудитесь над уроками! Ах, мои дорогие, дайте я вас обниму. – Он широко развел руки, чтобы обхватить всех до одного.
Первым пришел в себя Эрнест. Он вскочил и подбежал к Мадигану.
– Нам на Рождество подарили снегоступы, – выпалил он. – Хотите посмотреть?
– Хочу всей душой, – сказал Мадиган.
Мальчик убежал.
– Люциус, при вас здесь было гораздо лучше, – сказал Николас.
– Тебе не следует называть мистера Мадигана по имени, – поправила Августа.
– Раньше я иногда это делал, правда, Люциус?
– Да, и мне это нравится, – сказал Мадиган.
Он прошел в комнату и сел к детям за стол. Выглядел он так, как раньше, когда выходил из запоя. Его взгляд остановился на Августе.
– Ты как-то изменилась, Гасси, – сказал он. – Ты это сама чувствуешь?
– Да она все та же, – не согласился Николас. – Любит командовать.
Августа подняла на Мадигана свои миндалевидные глаза.
– То, что я помню, стало другим, – сказала она.
– Ты начинаешь осознавать, что у тебя есть прошлое, – сказал Мадиган. – Это вызывает грусть, Гасси. Но не позволяй прошлому тебя тревожить. Это ужасно. – Он взъерошил себе волосы, и они встали дыбом, как от испуга.
– Вы собираетесь увидеться с миссис Мадиган? – прямо спросил Николас.
– Да, я увижусь со своей матерью, миссис Мадиган, как только соберу денег на дорогу, – ответил Мадиган.
– Я говорю о вашей жене, – пояснил Николас.
– Боже! – вскричал ирландец. – Неужели эта девица Базби называет себя миссис Мадиган? – У него было выражение убитого горем человека.
Дети весело расхохотались. Эрнест как раз вернулся вместе со снегоступами. Затем каждый высказался по-своему.
