«Очень хорошо, - Снейп сурово посмотрел на подозрительно сговорчивого мальчика, но так и не нашел причин для новых мрачных угроз. – Ты уже в состоянии спокойно сидеть?»
«Да, сэр, - Гарри замер, когда его папа взмахнул палочкой, а потом чуть поерзал, чтобы убедиться, что попа уже отклеена. – Эм, пап…»
«Да?» – Снейп смерил его строгим взглядом. Что еще? Собирается пожаловаться на приклеивающее проклятие?
Внезапно вид Гарри стал серьезнее. «Ты знал, что произойдет сегодня в классе? В смысле, с Петтигрю? Ты знал что с ним случится… это?»
«То есть, что он умрет?»
Гарри мрачно кивнул.
Снейп задумался. Как много он может открыть? Он хотел, чтобы мальчик научился думать как слизеринец – поскольку общеизвестно, что гриффиндорцы не думают: они орут и кидаются в бой – но в то же время, Гарри лишь одиннадцать лет. Как можно объяснить ребенку планирование чужой смерти? «Как ты сам думаешь?»
«Ну, - осторожно сказал Гарри, - я думал о том, что ты говорил раньше».
«Насчет…?»
«Насчет того, что лучшая защита – это нападение. И, ну, Петтигрю вроде как нападал на меня, чтобы убить? В смысле, когда Вольдесопль вернется, - Снейп с болью в сердце понял, что Гарри принимает возвращение Темного лорда как должное. Он, конечно, совершенно прав, но зельевару все равно невыносимо было слышать, как обреченно говорит об этом мальчик, - он сделал бы все возможное, чтобы помочь убить меня, правда? Потому что они до сих пор злятся, что я не умер маленьким, да?»
«Не сомневаюсь, что Темный лорд продолжает желать вашей смерти, - сказал Снейп как можно мягче. – И он постарается привлечь как можно больше сторонников, чтобы достигнуть этой цели».
Гарри кивнул. «Поэтому ты решил защититься от Петтигрю и напал», - просто сказал он.
Снейп кивнул в знак согласия, пристально наблюдая за мальчиком.
«Значит, теперь одним помощником Вольдесопля в моем убийстве будет меньше, - он вздохнул, глядя вниз. – Хотелось бы, чтобы он просто оставил нас в покое. Я ведь не хочу бороться с глупым старым Волан-на-тортом. Я же просто ребенок!»
Снейп задохнулся от острой боли в груди, и он снова схватил Гарри за подбородок, заставляя мальчика встретиться с ним взглядом. «Я никому не позволю причинить тебе вред! – сказал он яростным тоном. – Я предприму все необходимые шаги для обеспечения твоей безопасности».
Гарри изумленно посмотрел на него. «О, это я знаю, папа. Хотелось бы только, чтобы в следующий раз бедный Невилл не попал в центр событий. Он теперь так сильно переживает».
Снейп моргнул. Он совсем не подумал о возможной реакции младшего Лонгботтома, которого теперь все считали невольной причиной гибели Петтигрю. Ребенок и так постоянно был на грани нервного срыва, а теперь ему наверняка понадобится психический целитель. «Он переживает?» - повторил Снейп, виновато гадая, не стоит ли поговорить с бабушкой мальчика и предложить посетить святой Мунго.
«Ну да, он сказал, что если бы зелье расплавило Тревора, то он бы чувствовал себя просто кошмарно».
«Лонгботтом беспокоился о своей жабе? – глупо повторил Снейп. – Не о Петтигрю?»
Гарри странно посмотрел на него. «Зачем это ему беспокоиться о Петтигрю? Разве ты не знаешь, что случилось с родителями Невилла? Он ненавидит Пожирателей смерти».
«Лонгботтом рассказал тебе о своих родителях?» - Снейп понимал, что говорит как полный идиот, но не мог удержаться от повторения того, что только что сказал Гарри. В начале года Дамблдор сообщил всем преподавателям, что младший Лонгботтом, похоже, отказывается обсуждать своих родителей с кем бы то ни было. Его бабушка сказала, что у него настоящая фобия по этому поводу, и он начинает рыдать даже при косвенном напоминании о прошлой трагедии. Именно поэтому, при всех своих ядовитых комментариях в адрес недоумка, Снейп тщательно следил за тем, чтобы не упоминать его родителей, несмотря на весь соблазн спросить, является ли идиотизм Лонгботтома наследственным.
«Ну, да. В смысле, все видели, как я пишу 500 строчек о своих родственниках, и узнали, что они совсем нехорошие и все такое, и поэтому я теперь живу с тобой. И Невилл сказал мне, что он живет со своей бабушкой и иногда со своим прадядей, хотя ему тоже хотелось пожить где-нибудь еще. Они, конечно, совсем не такие ужасные, как дядя Вернон, но они не всегда понимают, что нужно ребенку, да? – добавил Гарри, который правильно понял обеспокоенное выражение на лице опекуна. – Так что я спросил его, что случилось с его родителями, и он рассказал. Пап, он очень сильно ненавидит Пожирателей смерти. В смысле, это из-за них он живет со своей бабушкой и помнит своих родителей не лучше, чем я своих. Так что когда мы разговаривали после урока, и все говорили, что Петтигрю был Пожирателем смерти, а Сириус невиновен и все такое, то Невилл сказал, что он рад, что Петтигрю расплавился. Он просто волновался, что зелье могло сделать с Тревором, если бы сначала попало на него».
