Снейп прекрасно знал, что Дамблдор хотел смерти Петтигрю не больше, чем смерти любого другого Пожирателя смерти – отсюда привычка Ордена использовать заклинания, которые обезоруживают, но не убивают. Именно поэтому он не собирался открывать Альбусу, какой продуманный заговор стоит за сегодняшним «прискорбным несчастным случаем». Однако если директор воображает, что Снейп добровольно сохранит столь явную угрозу для Гарри в добром здравии, то он и правда впал в маразм.
Снейп равнодушно наблюдал, как Шеклболт пытается собрать Петтигрю в пакет для улик, с обеих сторон которого что-то капало к вящему отвращению долговязого аврора.
Дамблдор может быть могущественным союзником, но только на условиях Снейпа – не на условиях директора. Снейп больше не мог слепо доверять Дамблдору, и причина не только в прошлых ошибках древнего волшебника (начиная от Дурслей и заканчивая Сириусом), но и в том, что их взгляды на подготовку и защиту Гарри перед предстоящей битвой кардинально расходились.
Снейп знал, что он избрал для себя долгий и одинокий путь, на котором у него могут быть союзники, но ни один из них не будет видеть всю картину в целом. Он никому не мог доверить заботу о Гарри кроме себя самого, даже тем, кто искренне был предан мальчику, например, Сириусу, Уизли или, возможно, директору. Нет, только он сам готов пойти на все, чтобы защитить мальчика, будь это безжалостное уничтожение такой угрозы как Петтигрю или лишение Гарри сомнительных удовольствий детства, вроде блаженного неведения о своей ключевой роли в падении Вольдеморта.
И все равно, это того стоит, если в итоге Вольдеморт исчезнет раз и на всегда, а Гарри будет жить. Со своей совестью он разберется попозже и заплатит сполна, если будет за что платить. Если Гарри будет жить, то это того стоит.
Глава 40
Тем же днем Снейп проверял домашние задания за своим рабочим столом в личных апартаментах, когда в них стремительно ворвался Гарри. Снейп встал, но прежде чем он успел отругать паршивца за столь шумное появление, Гарри кинул портфель на диван и крепко схватил его за талию. «Мы сделали это, папа! - восторженно заверещал мелкий монстр. – Он от нас не ушел! Твой план был классный! Ты видел, как змеи гоняли его по всему классу? А ты видел, как все удивились? А каким заклинанием ты превратил его обратно в человека? Я даже не слышал, как ты его произнес! А ты видел, что я сделал так, как ты мне сказал, и держался подальше? А что случилось с зельем Невилла? Он сказал, что ты разрешил ему больше не ходить на зельеварение, это правда? А директор разгадал, что случилось? А Лунатик вел себя замечательно, правда? А мадам Бонс жутко страшная, правда? На секунду мне показалось, что она вот-вот тебя проклянет! А почему ты ей не нравишься? А я хорошо справился? А? А хорошо, что Драко сделался такой типа надменный, правда? А ты знал, что он таким станет? А что теперь будет? А теперь Бродяга сможет приходить в Хогвартс к нам в гости? А я хорошо справился? А ты видел, как я ничего не делал, даже когда он постарался схватить меня? Просто стоял и делал вид, что я так же удивлен, как и все остальные!»
«Конечно, я все видел, глупый ты ребенок. Я тоже там был, разве нет? – фыркнул Снейп, но он не смог заставить себя сделать ребенку выговор за столь неприличное поведение. В конце концов, это был первый человек, который похвалил хитроумный план Снейпа. - Садись».
Гарри послушно плюхнулся на диван, но слишком большое возбуждение мешало ему сидеть неподвижно. Очень скоро он начал подскакивать на месте. «А ты видел, как удивились Рон и Гермиона? Рон до сих пор сильно расстраивается насчет Коросты, а Перси совсем расстроился. Директор пришел на урок чар и забрал Рона, чтобы он еще поговорил с аврорами. А ты об этом знал? И они хотят поговорить и со всеми остальными Уизли. У них ведь не будет неприятностей, правда? А о чем их будут спрашивать авроры? А как ты думешь…»
«Поттер!» Снейп уселся рядом с паршивцем и тут же испытал приступ морской болезни от постоянных прыжков мальчика. Одним приклеивающим заклинанием позже Гарри замер на месте с комическим выражением удивления на лице. «Эй!» - воскликнул он, обнаружив, что его мягкое место надежно прикрепилось к тяжелому дивану. Он заерзал, но так и не смог освободиться.
«Немедленно прекрати это чертову возню, - строго сказал Снейп. – Нам нужно поговорить, а я отказываюсь это делать, пока ты ведешь себя так, как будто сидишь на улье шершней. Ты прекрасно знаешь, что это заклинание не причинит никакой боли».
«А я и не говорил, что причинит, - возразил Гарри. Удивление от слов Снейпа успешно отвлекло мальчика от попыток отлепить попу от дивана. – Я знаю, что ты меня не обидишь».
Снейп прочистил горло, стараясь игнорировать комок, который возник там от последней фразы мальчика. «Да, хорошо, значит, нет нужды так елозить по дивану. Я сниму проклятие, когда ты докажешь, что можешь сидеть смирно, как и подобает юному джентльмену, и поддерживать цивилизованную беседу».
«Даср», - Гарри послушно замер и даже сложил руки на коленях.
