Гарри сделал глубокий вдох. Слова профессора его успокоили. И правда, всего за пару недель он сменил жалкую жизнь в услужении у Дурслей на целый новый мир, новую школу, новую культуру, новых друзей, нового опекуна… Наверное, он не такой уж идиот. Профессор Снейп ведь доволен его прогрессом, и не похоже, что он обиделся.
Гарри охватило чувство благодарности к высокому профессору. Ну, сколько еще в мире людей, которые будут такими терпеливыми и всепрощающими с маленьким уродцем? Он снова обнял Снейпа. Похоже, черная полоса, в которой он жил целых десять лет, наконец, сменилась сплошной белой. Ему так повезло получить самого чудесного опекуна.
«Поттер, - Снейп решил вмешаться, пока неуравновешенное создание снова не впало в истерику. – Я действительно разозлюсь, если вы продолжите вести себя как неграмотный бабуин. Вам только что сделали подарок. Что надо сказать?»
Гарри озадаченно посмотрел на него, вытирая нос рукавом: «А разве бывают грамотные бабуины?»
«Поттер! Не смейте хамить!» - он вызвал заклинанием носовой платок и протянул его паршивцу, сопроводив жест осуждающим взглядом.
Гарри нахмурил брови, не замечая носовой платок. «Я не хамил, - запротестовал он. – Но ведь бабуины – в магглском мире – не умеют читать». Но тут он снова посмотрел на метлу, и все его мысли о бабуинах, Дурслях и заблуждениях испарились.
«Это… это же гоночная метла! – воскликнул он. – Рон мне показывал на картинках в своем квиддичном журнале!»
Снейп закатил глаза: «Поздравляю, мистер Поттер. Можете получить медаль за утверждение очевидного».
«Но ведь это метла для профессиональных игроков в квиддич, - продолжал Гарри, пытаясь объяснить профессору свое волнение. Ему вспомнились разговоры с игроками в квиддич за ужином. – У Оливера такая есть, и еще у одной девочки из Рейвенкло, а больше ни у кого… - он прервался и сделал глубокий вдох. – Это… это мне?» - прошептал он, вытаращив глаза на профессора.
«Я, конечно, понимаю, что вы гриффиндорец, Поттер, но тот факт, что это ваша кровать, в вашей комнате, позволяет сделать подобный вывод, - саркастично ответил Снейп, смущенный стремительно растущим обожанием во взгляде мальчика. – Право же, даже вы должны были понять, что задачи ловца требуют адекватной метлы. Или вы воображаете, что я позволю вам летать на старой школьной метле во время игр?»
«Но вы… вы купили ее мне?»
Снейп оскалился, не зная, куда деваться от смущения, и злясь на паршивца, который вынуждал его признаться в этом вслух. Поначалу он решил ответить с достойным сарказмом, только ведь паршивец с его незнанием Волшебного мира, не говоря уже о гриффиндорской наивности, все поймет буквально.
«Да».
Улыбка озарила лицо Гарри подобно взрыву сверхновой звезды. Мальчик схватил его: «Спасибо! Спасибо! Спасибо!»
Снейп отчаянно хватал ртом воздух. Если Поттер продолжит в том же духе, он все время будет покрыт синяками. Возможно, стоит предусмотреть какую-нибудь броню – можно спросить об этом Чарли Уизли за ужином. В конце концов, тот, кто работает с драконами, должен располагать защитным оборудованием от подобных травм.
Дорогие Вопросы драконологии,
Тщательные научные исследования доказали, что твердолобый недокормленный детеныш человека одиннадцати лет от роду может нанести удар такой же силы, что и коготь взрослого Рогохвоста. Учитывая, что в учебных заведениях неодобрительно смотрят на предупредительные заклятья оцепенения, какое защитное снаряжение вы можете посоветовать?
«Поттер! – с трудом просипел Снейп. – Будьте добры немедленно прекратить эти неуместные вопли! Простого выражения благодарности и описания того, как вы используете подарок, более чем достаточно».
Гарри улыбнулся. Бедный профессор Снейп! У него уши всегда становятся такие красные, когда Гарри его благодарит. Он еще во время отработки заметил, что профессор не любит привлекать внимание к своим хорошим делам. Как когда он дал Гарри перекусить и помог ему с почерком. Профессор Снейп вроде тех людей, про которых Гарри смотрел по телеку (точнее, слышал из своей кладовки). Они все время помогают другим, но так, чтобы об этом никто не знал. Как-то они там еще назывались, вроде, «нанимные благодеятели». По телеку рассказывали про одного такого благодеятеля, который пожертвовал кучу денег больнице на новое оборудование, а другой благодеятель купил компьютеры для школы в бедном районе Лондона. Вот и профессор Снейп такой же. Конечно, остаться совсем неизвестным у него не получится, но ему не нравится, если Гарри поднимает шумиху. Тем более что профессор старается убедить Гарри, что он заслуживает всяких хороших вещей.
Гарри постепенно осознавал, насколько плохо обращались с ним Дурсли. Однако не настолько он глуп, чтобы решить, что в доброте профессора Снейпа нет ничего необычного. Разве его одноклассники не охали и ахали от зависти, когда он рассказывал им про свою комнату? Гарри знал, что профессор самый хороший и добрый человек в мире, и он об этом не забудет. Больше не забудет.
