Дом Лены, конечно, претерпел заметные изменения.
Прежде всего, СБшники навешали по периметру камер и сигнализацию. Правдами и неправдами протянули широкополосный интернет. А вот с дорогой действительно вышла засада. Ни в какую администрация не согласовывала документы.
Ну Юрий вышел из положения просто – у леса появилась вертолетная площадка. Местные по нему часы сверяли. Чибис улетел, значит, уже семь. Чибис прилетел? Значит, девять…
Юля, сестра его, решила, что ей надо пройти путь брата. Даром они что ли близнецы?! И отправилась в кругосветное путешествие! На тихоокеанском лайнере, конечно, а не так, как Юрка в молодости, автостопом. Но отправилась.
Марийка и Никитич наконец-то достроили свой новый дом, который заложили еще в зиму после свадьбы, и как раз собирались туда переезжать. Марийке очень хотелось, чтобы все было идеально: и полочки, и занавесочки, и картины на стенах. А Никитич ей ни в чем не перечил. Ибо до родов Марийке оставалась едва ли пара недель.
Днем Соколовский еще уезжал на работу, но вечера все проводил, конечно, с женой…
– Я не хочу в кроватку мягкие игрушки! – чуть не плача проговорила она Андрею, стискивая в руках плюшевого медведя. – На них только пыль собирается!
– Ты права, душа моя, – сокрушенно вздохнул майор. – Давай мы его уберем.
– Нет! – вскрикнула Марийка. – Он такой милый, – на ее личике появилось трогательное выражение, – такой нежный…
– А давай мы его не в кроватку, – аккуратно, словно сапер на задании, предложил Андрей. – А посадим на полку. И стирать будем почаще!
– Да! Давай! – счастливо просияла Марийка. – Вот сюда!
Потянулась к стене, поднялась на цыпочки…
– Ой… – замерла испуганно.
– Что такое? – вздрогнул Андрей.
– Ой, – снова повторила она, оборачиваясь.
– Ну что “ой”? – уже почти закричал Андрей.
– Ой! – произнесла она еще раз, и у нее по ногам потекли воды. – Ну вот! – чуть не заплакала она. – Теперь еще и полы мыть!
– Тьфу ты! – явно проглотив более крепкое ругательство, выдохнул Соколовский и рванул к соседу через луг.
– Юрка! Юрка! – забарабанил он в двери. – Дай птицу свою! У Марийки воды отошли!
– Андрей! – испуганно выбежала в коридор Ленка. – Рано же!
– Рано, – кивнул запыхавшийся Соколовский, – но отошли!
– Пилота нет, – просипел Чибис, – и Санька отпросился!
– Да твою ж… – растер руками лицо Никитич. – Давай ключи, я сам поведу!
.
***
– Андрей! – орала в кузове вертолета испуганная Марийка. – Андрей, я больше не могу!
– Ты дыши, ты, главное, дыши, – Ленка тут же в салоне вертушки сжимала ее ладонь и утирала пот. – А говоришь, не ведьма! Вон, даже рожать летишь! – пыталась шутить Ленка.
– Так не на метле же! – стонала Марийка.
– Ну так технический прогресс! – в том же тоне отвечала подруга.
Марийка улыбнулась, но тут же ее лицо перекосило от боли. Шли схватки.
– Андрей, сделай же что-нибудь, – плакала Марийка.
– Делаю, любимая, делаю… – шептал Никитич и щелкал тумблерами.
– Давай, Соколовский, – стиснул его плечо Чибис. – До Сити тут двадцать минут, до роддома должно быть еще ближе!
Никитич только кивнул и стиснул рычаг управления.
Он учился на пилота вместе с Санькой. Но на корочку не сдавал – не досуг было. А сейчас ему предстоял самый важный в его жизни экзамен. И это, конечно, не о полете…