Когда я все могу, бедняжка,
Но отчего дышать мне тяжко,
Как будто я во сне бегу?
* *
*
На любой случайной пьянке
В каждом скверном городке,
На далеком полустанке,
На неведомой реке —
Есть всегда один, который
Меньше многих пьет вина.
Встанет он, зайдет за штору
И застынет у окна.
Если постоять немножко —
Эта тьма уже не тьма:
Серебристая дорожка,
Деревенские дома.
Терпеливо, терпеливо
Человек глядит во тьму.
День прошедший, миг счастливый
Больно вспоминать ему.
А зачем он вспоминает,
Если больно вспоминать?
Этого никто не знает.
Кто же может это знать.
* *
*
Нестерпимый мой попутчик
В зябком поезде ночном,
На полу огромной кучей
Он лежит, забывшись сном.
Он лежит вонючей грудой,
Серой грудой без лица.
Каждый шаг его отсюда
Я-то вижу до конца.
Там, где желтый снег соленый
У собачьего пруда, —
Там он ляжет, безымённый,
Как река или звезда.
Ляжет он, раскинув руки,
На спину или живот,
Странные услышит звуки,
Удивится и умрет.
Он бы сам не звал судьбою
Свой случайный, смутный путь.
И когда над ним с трубою
Наклонится кто-нибудь,
То, свое услышав имя
В длинном перечне имен,
Головы он не поднимет,
Словно это не о нем.
Звезды вспыхнут и погаснут,
Солнце выгнется в дугу,
Будет он лежать, безгласный,
Безымённый, на снегу.
* *
*
С. К.
Всякий брошенный дом достается природе:
Крысам в подполе, серым кротам в огороде,
И жучкам в почерневшей, трухлявой доске,
И светящимся дивным грибам в уголке.
Там усталые птицы перо оправляют,
И собаки роскошные свадьбы справляют,
И все выше ползет по крыльцу мурава,
И под крышей кричит, пролетая, сова.
Вы же видите сами, что вам остается:
Только лампочка под потолком не сдается,
Как прозрачная груша на ветке гнилой,
Как живое присутствие славы былой.
Впрочем, вы не меня вопрошайте об этом:
Я сама стала влагой, и сушью, и светом,
Я сама превратилась и в землю, и в зной,
И малина победно трубит надо мной.
* *
*
Смерть? Чего я не видела в ней?
С молодой и восторженной Валей
Мы гуляли меж серых камней
И на них имена узнавали.
Там река моя Сетунь текла;
У кладбища в любую погоду
Синий селезень кутал крыла
В тепловатую мертвую воду.
И пускай там, где эти места,
Граду каменну быть и железну,
Я, кормившая уток с моста,
Никогда не умру, не исчезну.
<p><strong>Страна Бомжария</strong></p>
Донец Екатерина Михайловна родилась и живет в Москве. Прозаик. Окончила Школу-студию при МХАТе и ВГИКе, а также Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А. М. Горького. Печаталась в журналах “Знамя”, “Звезда”, “Литературная учеба”, “День и ночь”, “Новый берег” (Дания). В “Новом мире” печатается впервые.
