Новый Мир ( № 10 2003) полностью

Не случайно же, что именно петербургский поэт жаловался, что не слышит больше музыки. Соломон Волков — историк культуры, но прежде всего — музыкант. От этого так интересно в книге все, так или иначе относящееся к музыке. А с нею оказываются связанными и художники “Мира искусства”, напитавшиеся Чайковским, и Ахматова, слушающая Шостаковича, и Юдина, читающая с советской сцены Хлебникова и Пастернака. Ну и, конечно, балет: Петипа, Фокин, Баланчин — самое умышленное искусствов самом умышленном городе, классицизм, царство пропорций и стиля, строгие линии — кордебалет дворцов вдоль набережных — или другое: барбочная фантазия постановок, маски, маски, акварельная бесплотность воздуха, в котором парит нарисованная танцовщица, — а на улице праздник — кареты, кареты, газовые фонари. Лиза вторая, бросающаяся в Зимнюю канавку, — Лиза первая, выходящая замуж, поэзия в музыке, музыка в поэзии и город-декорация, город как вечно меняющийся, но в своей призрачности постоянный задник сцены, — все это великолепный сюжет этой великолепной книги.

Поразительна плотность этой энергии творчества, замечательно переданная автором, ибо и автор ею заворожен. Энергией замысла: от болотистого черновика и видения Города над ним — к его драматическому воплощению. Заворожен превращением черновика в беловик.

Pro specto = смотреть вдаль. Это — замысел зрения. Город не на сейчас, город на перспективу. Парадная литография “Панорама Петербурга” гравера Алексея Зубова, гдеужеизображены здания, которых еще нет в природе. Звуки парадов. Российский парадный подъезд: плац, плац, плац. Каллиграфия Росси.