Ясно было, что мы видимся в последний раз. Обо всем и всех она говорила спокойно, кроме Пита.
— Я его ненавижу.
— За что?
— За то, что ему все достанется.
Когда она умерла, ей не было сорока.
1984
(Взгляд лингвиста)
Советская эпоха была оргией переименований.ПетроградстановилсяЛенинградом, Царицын — Сталинградом, Тверь — Калинином, Пермь — Молотовом, Мясницкая— улицейКирова, Пречистенка — Кропоткинскойи т. д. Но переименования были не окончательными. По мере выпадения советских лидеров из обоймы их имена теряли сакральный статус, иМолотовобращался вПермь, СталинградвВолгоград, Сталинскаяпремия вГосударственную, а метрополитен имениКагановича— в метрополитен имениЛенина.
При этом переименование изКагановичавЛенинадопускалось, а обратное — никогда. С другой стороны, не исключалось и переименование нейтрального названия типаТверьопять-таки во что-нибудьленинское. Это значило, что по прошествии достаточно долгого времени все объекты с математической неизбежностью получили бы имяЛенина. Первые проявления этой тенденции были уже налицо, например, официальное название московского метро:Московский ордена Ленина метрополитен имени Ленина, среди станций которого имелась иБиблиотека имени Ленина. С переименованиемМосквывЛенинскбыл бы ленинизирован и последний беспартийный участок этого названия.
Оборотной стороной процесса была постепенная утрата корнем“ленин-”смысловой полноценности. Не противопоставляясь более бывшимСталинску, Кировску, КалининуиМолотову(не говоря уже оМосквеиНовгороде) и лишь минимально отличаясь от родственных топонимовЛенино, Ленинград, Ленинакан, Лениногорск, Ленинабади проч.,Ленинсквскоре оказался бы просто еще одним словом со значением “город”, причем смыслоразличительная роль перешла бы от бывшей корневой морфемы к суффиксальным:-о, -град, -кан, -бад, -горск.Последним оплотом лексического плюрализма остались бы рудиментарные наименования типаУльяновскиимени Ильичас их крайне ограниченным смысловым и словообразовательным потенциалом.
