Да что там! Ещё и “Архипелагом” не насытили, всё текли жалобы: “Я фронтовой офицер в отставке, ровесник Солженицына. Его книги „Архипелаг ГУЛаг” в Казахстане нет” (Казахстан, Толебенский р-н); “В продаже в книжных магазинах „Архипелага ГУЛага” нет, на чёрном рынке купить не могу при своей пенсии” (Нижний Тагил); “Давно уже хочу прочитать „Архипелаг ГУЛаг”, но такой возможности до сих пор не предоставилось. В продаже нет, в библиотеке она постоянно на руках” (пос. Шушенское, Красноярский край); “Я к вам, мать четверых детей, обращаюсь с наболевшим вопросом. Я не могу купить книгу А. Солженицына „Архипелаг ГУЛаг”. Мне книга нужна, чтобы её прочитали дети, а не выросли дураками” (Усть-Илимск).
Приходится свои книги опередить собственными ногами.
Ногами… А в европейских наших с Алей поездках я ходил плоховато и выглядел старовато. Воротясь в Вермонт, ещё прошёл те две операции, без которых не рискнул бы ехать. С опасением думал, где ж набраться сил для пространного перемещения по России с весны и как бы от пятилетней стенокардии освободиться хоть на время? Убеждённо говорю: повседневная молитва, месяцами, — и вера в её исполнение. И вот, к решающей моей весне — я вдруг неузнаваемо окреп, по весне начал расхаживать по круто холмистым вермонтским дорогам — и стенокардии совсем не чувствую! Чудо.
В последнюю вермонтскую зиму, отдаваясь двучастным рассказам, взялся я ещё и свести воедино, чтбо отстоялось во мне от русской истории XVII – XIX веков (“Русский вопрос”). Многих горячих патриотов огорчит — а ведь тбак, было — тбак. И печатать — сразу на родине, в “Новом мире”. Окончание статьи — уже о последней современности (“...к концу ХХ века”). Вот и прожил я, додержался до изменений в России. Да — не такие грезились... В иные часы овладевает мною уныние: не вижу, вообще ли выберется Россия из этой пропасти? И как же и кому её вытаскивать?
