Повесть-эссе. Любовь в России, сначала — ретроспектива, потом — перспектива. Ретроспектива: “Анна была страшна, Бирон был говнюк, ненавидевший русский народ, но их любовная история удалась”. Перспектива: “<…>России нужна новая любовная доктрина. <…> Россия должна представиться миру своим женским лицом, своей нежностью и очарованием и просто обязанавлюбить в себя мужчину-Америку”.
Михаил Ремизов.К философии терроризма. Часть 1. Заглушки. — “Русский Журнал”, 2003, 22 июля.
“<…> мы параноики? Разумеется. <…>Адекватностьпаранойи — в инстинктивном понимании того, что угроза вписана в структуру мира и не может быть комфортно локализована. В случае террористической угрозы это обстоятельство столь же очевидно, сколь недооценено. Оценить его по достоинству значило бы истолковать терроризм какфункциюот символического устройства выбранного нами мира. В тот момент, когда это понимание совершится (способствовать ему — основная цель предпринимаемой мной небольшой серии заметок), мы перестанем беспокоиться и начнем жить. „Жить, то есть серьезно, осознанно заниматься жизнью” (уточняет Ортега-и-Гасет), твердо зная, что худшееуже произошло. Чтодух национального поражения, или, лучше сказать,поражение национального духа,является не маловероятным гипотетическим следствием террористических атак, а их системной предпосылкой. Худшееуже произошло. Это вбидение будет первым шагом нашего национал-оптимизма. Шагомв сторонуот деланного бодряческого оптимизма сегодняшних энтузиастов административного контроля, твердящих, что „злоумышленники не достигнут своих целей, злоумышленники будут наказаны”…”
Вадим Руднев.Диалектика преследования. — “Солнечное сплетение”, 2002, № 22-23.
“<…> универсальность идей преследования обусловлена тем, что вообще всякая душевная болезнь, всякая паранойя, всякая шизофрения универсальна, что человек тем и отличается от не-человека, что обладает возможностью время от времени сходить с ума (по формулировке Ю. М. Лотмана) или же что, согласно гипотезе современного английского психиатра, весь видhomo sapiensзаплатил за свою исключительность тем, что шизофрения является егоdifferentia specifica, отличающей его от других видов. Что же это за особенность? Это способность говорить — вербальный (конвенциональный) язык”.
Маргарита Рюрикова.Внесемейный человек. — “Огонек”, 2003, № 26, июль.
