1-я актриса. За два дня до свадьбы Пушкин был в доме Нащокина. Тем же вечером пела в том доме московская цыганка Танюша. Таня Демьянова, которую Пушкин любил слушать всякий раз, когда был в Москве.

Входит 2-я актриса.

2-я актриса. Пою я эту песню, а самой-то грустнехонько, чувствую и голосом то же передаю, и уж как быть, не знаю, глаз от струн не подыму... как вдруг слышу, громко зарыдал Пушкин. Подняла я глаза, а он руками за голову схватился, как ребенок плачет... Кинулись к ему, что с тобой, что с тобой, Пушкин? “Ах, говорит, эта ее песня всю мне внутрь перевернула, она мне не радость, а большую потерю предвещает...” Так и уехал, ни с кем не простившись...

1-й актер. Это не драма, а кусок истории, разбитый на мелкие куски в разговорах.

2-й актер. Спокойное безразличие сердца.

Входит 3-я актриса и поет цыганский романс. Затемнение.

Сцена 4

Снова дом Малиновских на Мясницкой. В кабинете Алексея Федоровича сидит Пуш-

кин, он один, дожидается хозяина.

Пушкин(тасует карты). “Мне снилося, что лестница крутая меня вела на башню; с высоты мне виделась Москва, что муравейник; внизу народ на площади кипел и на меня показывал со смехом, и стыдно мне, и страшно становилось — и, падая стремглав, я пробуждался...” У истории нет свидетелей. Нет очевидцев. Кто живет, истории не знает. А когда жизнь стала историей, тот уже в могиле. И нет ему до нее никакого дела. Как нам узнать, что было, чего не было? Как тасовали карты — и сколько тузов в колоде? Ах, как легко того назначить злодеем, а этого представить жертвою. Не отсюда ли успех современной драмы? Ведь мы, наблюдая за пьесой, заранее знаем, кто прав, кто виноват. Правильно ли это? Не умея решить собственной жизни, мы хотим хотя бы в прошлом навести порядок. Но можно ли писать историю задним числом? Как строить день грядущий, если в прошлом темно и неясно? Значит, когда не уверен в истории, то и будущее — настежь”.

Входит Малиновский.

Правильно, Алексей Федорович?

Малиновский. Что ты говоришь, друг мой?

Пушкин. Будущее настежь... Поздравьте меня. Я придумал сюжет для пьесы. В двух словах.

Малиновский. Изволь, только...(Показывает руками.)

Пушкин. Не буду, не буду. Итак, название пьесы — “Женитьба”.

Малиновский. Оригинально.

Пушкин. Сюжет прост, финал до последнего момента непредсказуем.

Малиновский. А вот это, друг мой, плохо. Надо, чтобы зритель как-то заранее знал... настраивался... предчувствовал, что ли...

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги