Татьяна красива той красотой, которую женщины называют “ничего особенного”, а у мужиков слюнки текут от вожделения. Но не блядь в общем-то. Она хищница, в поиске, — а это немножко разные вещи... Саня с ней все шесть месяцев ругался, расставался и вновь сходился. У них нашла коса на камень. Коса — это Саня... или наоборот.
Она мужиками-то разбалована... а тут ее за дверь выставляют, обкладывают трехэтажным и не слушают ее команд “подай пилочку!”. Но тянуло ее к Сане, как кошку к валерьянке. Сила страсти — серьезная штуковина!
Саня называл ее Танюшкой. Это все равно, что тигренка называть котенком. Может, в целях “укрощения строптивой” это так и надо... не знаю... В отличие от него я избегаю “трудных вариантов”, совсем меня стервы не радуют как-то.
От накала страсти они оба на стороне спасались. Саня ее подругу Ленку Ноготкову в постель уложил, ну а сауны с девочками само собой. У Татьяны постепенно старая связь оживилась с женатым мужиком. Догадывались оба... рвало обоих от ревности... И чем больше они друг друга терзали, тем это комом накатывало, пока Войтов наконец ее не ударил, — тут уже гордость победила страсть, и Таня не вернулась... как он ее ни упрашивал.
В тот вечер они шли мимо цирка и договорились только до первого расставания. Войтов “как джентльмен” сопровождал Таню домой, чтобы преждевременно забыть о ее существовании. Конечно, он был не в духе, а она ехидничала и старалась его подковырнуть.
Идут по Рашпилевской, цирк справа высится, тыльной стороной, место неосвещенное, просторное, со ступенями. Раздается крик. Женский. И возня. Впечатление — насилуют девушку.
Сане нет дела до девушек всех вместе взятых, здесь и эта идет, передергивает и с крючка срывается, ни разу не дав... Но кураж у Сани разыгрался — взвинтила она его, да еще пары алкогольные, какие-никакие.
— Стой тут! пойду поговорю.
Танюха перетрухнула, стоит, глазами блымает, а Саня пошел. Смотрит, лежит девка, на ее голове солдат сидит, как показалось Сане, что-то достать пытается, вокруг малолетки, за ноги держат. И шумят все. Саня это потом уже в памяти разбирал, а тогда он без лишних мыслей с ходу солдату ногой под челочку.
