Убедить собеседника в том, что западный мир оставил позади свой героический период и погрузился в “упоительный комфорт”, отказавшись от “прививки опасности”, что там наблюдается “прискорбное измельчание духовного рельефа”, особого труда не стоит. Как и читателя: сам западный мир устами своих мыслителей столетие с лишним пускается в стенания по поводу нынешнего своего духовного состояния и неизбежного заката. Выпады по поводу тактичности и политкорректности как главного источника лжи тоже ложатся на благодатную почву. Достали они нас своими призывами “договариваться” с убийцами. (“Нам предлагают выкурить трубку мира с дьяволом”, — размышляет герой.) Наказать как-нибудь самодовольную Америку многие были бы не против. Но вот усеять ее трупами... И доказывать при этом, что “разрушение самого меркантильного человечника” пойдет ему впрок, что прямое столкновение с опасностью встряхнет и отрезвит меркантильных янки и их уцелевшие потомки еще скажут спасибо “отрезвителям”, — это высший пилотаж демагогии.
Перед демоническим обаянием Капитана Мальчик Евграф устоять не может и включается в азартную игру, целью которой и является разрушение Америки.
Проект прост, как и все фантастичское: надо найти новый резон, чтобы убедить мир в “довольно старой бредне” — будто в земной коре на глубине свыше четырнадцати километров лежит пласт чистого золота. Капитан вычислил, что Советский Союз развалился оттого, что стали бурить сверхглубокую скважину на Кольском полуострове. Небо строго охраняет свои тайны, но и преисподняя — тоже. То, что случилось с Вавилоном, должно случиться и со страной, дерзнувшей просверлить земную мантию. Дело за малым — заставить меркантильных и прагматичных америкосов построить вавилонскую башню наоборот.
Критика, кстати, дружно заметила, что тема преисподней, дырки в земле, башни, уходящей вниз, давно волнует Крусанова. В “Укусе ангела” из подземного мрака выпускают ужасных “псов Гекаты”, которые должны привести в трепет противников империи (но никто не знает, чтбо эти исчадия ада будут делать потом). В романе “Бом-бом” Нарушкин, потомок боярского рода, стережет дыру в земле, оставшуюся, по семейному преданию, от низверженного в преисподнюю ангела, восставшего на Бога: в этой “башне наоборот” каким-то образом оказался колокол, звон которого возвещает народную катастрофу.
