С т а л и н(начинает напевать).Жертвою пали в борьбе сороковой.(Ему подтягивают Булганин, Брежнев, Андропов.)
М а й я. Как бы нарвался.
В и к т у а р. С самого начала нарывался.
В а л е р и й, В и т а л и й(вперемежку).С не буду праздновать сорокалетия... Двадцатилетия... Пятилетия... С института.
Н и о б е я. Прошлое — было не по нему. Всё. Вот в чем фишка. Ну, дедун. Красава. Тащусь.
Н е т о Т и г р а н, н е т о П у т и н. Ну как же так? Целиком. От и до.
К о р н е й. Мы(обводит рукой всех, и реальных персонажей, и маски)— вот кто прошлое. Все — прошлое!
Н е т о Т и г р а н, н е т о П у т и н. Про меня этого вроде бы еще не скажешь.
Все вместе. Скажешь-скажешь. Сам и скажешь.
Х р у щ е в. Я сказал, а ты не скажешь?
Б р е ж н е в. Я сказал, а ты не скажешь?
Е л ь ц и н. Я сказал, а ты не скажешь?
Х р у щ е в, Б р е ж н е в, Е л ь ц и н(вместе). Еще как скажешь!
С т а л и н(Корнею). Анархист! Анархо-синдикалист! Ай-яй-яй, проткнули ножом, и столько шуму. Ничего страшного. Мы(обводит рукой маски)устремлены в будущее. Для нас прошлое — пустой звук.
А н д р о п о в(Сталину). Вот и накололи, товарищ дорогой, дров. Вывернули нам шеи оглядываться назад. Разбирать завалы истории.
М а й я. И ведь все выдумал. Прошлое-то. Августочек, все выдумал. Никто тебе не изменял. Никто ни с кем не спал. Никто не пил, не курил.
А в г у с т. Никто не жил... Не в том дело, чтбо было, чегбо не было.
Что было, чего не было — всё приготовление. Прошлое — приготовление. К чему? Не к смерти, ни в коем случае. К чему-то следующему по жизни. Иначе сказать — ни к чему. Прошлое — падаль! Бывшее румяное яблочко.
К о р н е й. Всё, всегда. Румяная девка — но пьяная, с трех вокзалов.
С т а л и н, Х р у щ е в, Б р е ж н е в, А н д р о п о в, Е л ь ц и н(скандируют).Пра-виль-но! Пьяная девка. Что за-хо-тим, то с ней и сде-ла-им. Мы!
А в г у с т. У вас-то(обводит их рукой, заглядывает в лицо Хрущеву-маске, которую все еще держит),у вас-то как раз — самый бенц, полный атас. Ладно я, галочка в списках избирательного округа. Мое прошлое — пошлое, настоящее — ледащее, будущее — худбущее. Я из стекляшек и щепочек складывал всего лишь прожить, нога за ногу, денек за деньком, только бы мне не мешали. Горсть нищей милостыни в ладошке — вот и все, чего лишился. А вы-то к чему все свое время проготовились? Прораспоряжались грандиозным — ничем, потеряли грандиозное — ничто... Ах, прошлое!
