L’Autunno. RV.293
I. Allegro: Ballo e Canto di Villanelli
Багряное, золотое —
доступны за просто так.
Подходит к концу застолье,
и воздух влагой набряк.
Природа, в миг перехода
бесстыдная на свету,
вступает в привычный холод,
привычную красоту.
Ей, женщине, инстинктивно
понятна эта игра:
за тленным золотом стынет
бессмертие серебра.
Откинувшись на подушку,
ей лестно и чуть смешно,
что так заморозить душу
другой уже не дано.
II. Adagio molto: Ubriachi dormienti
лучше и2з дому наугад
страшно наедине с душой
шутовской лоскутный наряд
не роскошен скорей смешон
наподобие пышных риз
слаще честное неглиже
или белый верх/чёрный низ
как у тётенек на душе
снег — покрывший на Покрова2
разорённую землю — лёг
на виски мои на слова
как серебряный мотылёк
он упрямо порхал чудил
платонически длил игру
белизна сильнее чернил
даже если стает к утру
III. Allegro: La Caccia
Сучьев утренняя проседь.
Впрочем, лучше ни гу-гу
о творящемся без спросу
в человеческом мозгу.
Боже, до чего же славно
до сих пор по мере сил
эту стынущую слякоть
снисходительно месить!
До чего же неохота
становиться стариком,
чтобы в близящийся холод
заглянуть одним глазком!
Льдистым градусником смерить
уходящее тепло.
Дух, бессмертный после смерти,
не способен помнить плоть.
L’Inverno. RV.297
I. Allegro non molto
Ни ледяных узоров на стекле,
ни хвойных лап в морозном серебре —
лишь клянчат жизнь голодные пичуги.
Пусть всё не так, как надобно для чуда,
и вместо снега бурою листвой
земля заледенелая одета —
безбожий мир вступает в Рождество,
как желчный старикан впадает в детство.
А там огни бенгальские искрят
и огорченья делаются мельче.
Скрипичные серебряные смерчи
ныряют в нисходящий звукоряд
и вновь взмывают в праздничную высь.
Вертеп мультяшен. Истинны волхвы.
Иссохший взгляд ответствует звезде
и понимает: всё не безнаде…
II. Largo: La Piogga
скудные небеса
зиму не оправдали
слепнут мои глаза
что там: земля вода ли
не прочитать с листа
этой бесснежной стужи
попросту пустота
превоплощает души
не занести в блокнот
строк что легко ложились
попросту настаёт
новое время жизни
или всего верней
то бишь всего честнее
шанс разобраться с ней
праздник прощанья с нею
III. Allegro
белы2м бело2 болеет о былом
больны2м больно2 былеет о болеем
о до2бела обглоданной Бореем
бумаге о сугробах над столом
Я слепну, но, покамест в теле ветхом
послушны осязание и слух,
пытаюсь петь, подвластный ремеслу,
как поздний снег обламывает ветви.
Живу на ощупь, но простые вещи
меня пугают: стол, стакан, комод.
Я ложечкою чайною повержен —
ведь и она меня переживёт.
Не говоря о зеркале в прихожей,
не говоря о книгах. Им дано
