Новый Мир ( № 7 2009) полностью

Попытка автора вырваться за пределы привычного круга тем обернулась расширением контекста, как исторического, так и интеллектуального. Прочные интер­текстуальные связи (наследование крестьянскому эпосу и прозе о мальчишках военного времени, которое пусть подспудно, но все же присутствует в романе) и, главное, — смелость, с которой автор задевает «болевые точки» русской литературы; все это позволяет согласиться с Геласимовым: его время ученичества закончилось[12].

 Мария СКАФ

[8]«В нем описывается история, происходящая в небольшой деревушке на границе с Китаем. <…> Мои прадеды воевали в Отечественную войну. Я на генетическом уровне „болен” этой войной. [В Интернете] читаю: „Василий Геласимов погиб 2 мая 1945, возраст 23 года, место гибели — Берлин, место захоронения — безымянный квартал”. Когда Вася Геласимов (он не мой родственник) погиб, точно понимаю — „я родился”». (из интервью Георгию Янсуst1:personname w:st="on"din/st1:personname tsovo.info/news> )

[9] См.:Р е м и з о в а   М а р и я. Гармонический диссонанс. — «Новый мир», 2003, № 1.

[10] «Всё зависит от „сеттинга” (как это передать по-русски?) — совокупности места, времени действия и набора героев. А „сеттинг” в данном романе — степь. И она, естест­венно, предполагает длинные, синтаксически развернутые конструкции, историческую фактуру и линейность повествования». Интервью Андрея Мирошкина. — «Частный корреспондент», 2008, 24 ноября.

[11] См.: Р е м и з о в а    М а р и я. Гармонический диссонанс. — «Новый мир», 2003, № 1.

[12] «Я с огромной любовью и уважением отношусь к той литературе, это книги нашего детства. Но я не могу сказать, что я в своей работе опираюсь на какую-то конкретную традицию»; «Я думаю, само время востребовало (и даже продиктовало) именно такие тексты. Поиски национальной самоидентификации, возрождение — давайте назовем его так — имперского мышления очевидно предполагают некую внутреннюю агрессию. Интеллектуальную агрессию в том числе»; «Есть такое ощущение, что время учениче­ства закончилось». Интервью Андрея Мирошкина — «Частный корреспондент», 2008, 24 ноября.

С а л м а н  Р у ш д и. Земля под ее ногами. Перевод с английского В. Гегиной. СПб., «Амфора», 2008, 719 стр.

Название романа «The Ground Beneath Her Feet» знакомо тем, кто видел фильм «Отель „Миллион долларов”» Вима Вендерса (st1:metricconverter productid="2000 г" w:st="on" 2000 г /st1:metricconverter .), снятого по сюжету Боно из ирландской группы «U2». Одной из заглавных песен фильма стала именно «Земля…» — Боно, близкий друг Рушди, взял текст песни прямо из книги, где ее исполняла вымышленная группа «VTO», а в клипе на песню, кстати, снялся сам Рушди.

Из-за этого, возможно, роман Рушди проходит по довольно узкому ведом­ству «романов о рок-музыке» и считается далеко не лучшим в его творчестве: самым скандальным остается роман — хоть и мало кто его читал — «Сатанинские стихи», а наиболее премированным — «Букером Букеров» — «Дети полуночи». Не отрицая, что это действительно одна из лучших книг о рок-н-ролле, стоит прислушаться к мнению рецензента из российской версии «Роллинг Стоуна»: «Аннотация аттестует „Землю” как роман о рок-н-ролле — ну да, можно сказать и так. В той же степени, как „Бесы” Достоевского — роман об увлечениях провинциальной молодежи» [13] .