Однажды в квартире Н., помимо Ильяса, появляется женщина. Она не молода, но вполне еще привлекательна. Теперь она прибирает квартиру, готовит еду, ждет возвращения Н. У нее свой комплект ключей, и ночует она тоже здесь. Иногда они ужинают втроем, но обычно Ильяс мнется, отводит глаза и отказывается — видно, что ему неловко. Но и Н. с его новой подругой тоже неловко, особенно подруге, которая иногда ловит на себе украдчивый взгляд Ильяса. o:p/
Как-то с улыбкой Джоконды она сообщает об этом Н., произнося слова с томной растяжкой, и тот догадывается, что ей, не исключено, даже нравится этот взгляд. Впрочем, Н. пока не считает нужным что-то менять, к тому же Ильяс еще не закончил ремонт комнаты. Улыбка Джоконды на Н. действует, но не так, как, вероятно, хотелось подруге. o:p/
Ночью она иногда просыпается и, лежа с открытыми глазами, прислушивается к покашливанию за стеной или легкому скрипу кушетки, на которой спит Ильяс. «Вот уж не думала, что снова буду жить в общежитии, как в студенческие годы», — шепчет она сонному Н., касаясь влажными губами мочки его уха. И даже сквозь сон на Н. обрушивается лавина ее прошлого, про которое ему вообще-то мало что известно, а теперь вот оказывается, что студенткой подруга жила в общежитии и было это в городе Перми. o:p/
Впрочем, Н. уже не в том возрасте, чтобы ревновать к ее прошлому, но и совсем остаться равнодушным не может, поскольку нравы в общежитиях известны. o:p/
o:p /o:p
Ильяс тоже часто ворочается и вздыхает, похоже, и его сон беспокоен, несмотря на вполне сносные условия нынешнего проживания. Женщина не то что нравится ему, просто он или что-то в нем откликается на ее присутствие, пусть даже за стенкой (кстати, довольно тонкой). Что-то ему мерещится в полудреме молодого сильного организма, какие-то видения проплывают, и это тревожит не только его, но и дремлющего рядом кота Василия. Когда женщины не было, все было намного проще. o:p/
Работает Ильяс, как и прежде, неторопливо, комната, которую он занимает и ремонтирует, почти готова: обои наклеены, потолок побелен, розетки поставлены. Временами ему приходится отрываться от работы, если кому-то из знакомых Н. требуется срочная помощь. Н. по-прежнему отпускает его, но женщине это не нравится, она недовольна, что работа в квартире стопорится, а Ильяс где-то в отсутствии и возвращается, бывает, довольно поздно. o:p/
Тот и вправду не торопится назад, для этого свои причины: встречаться лишний раз с женщиной ему не хочется. Или, наоборот, хочется, но все равно в тягость, поскольку это имеет отношение и к Н. o:p/
o:p /o:p
Однажды Ильяс не приходит ночевать. Не приходит и кот сибирского происхождения Василий, для которого спрыгнуть с высоты их окна — пара пустяков. Они не приходят одну ночь, и вторую, и третью. Это ли не повод для тревоги: полиция, хулиганы, мало ли что? А может, ностальгия замучила и рванул обратно на родину? Ну тогда бы хоть сообщил… Главное, впрочем, чтобы не случилось чего худого. Москва — джунгли... Ильяса жаль не меньше, чем кота, хотя, понятно, раньше или позже равно пришлось бы расстаться. Да и подруга ворчит. Пусть и в соседней комнате, а все равно — посторонний. Чужой… o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
Боорсок[1]o:p/
o:p /o:p
Золото чак-чака, сгущенная o:p/
до черноты синева изюма, o:p/
пепельная желтизна боорсоков, o:p/
чья сладость сначала хрустит o:p/
на зубах и лишь затем o:p/
проникает в сознание. o:p/
o:p /o:p
Дастархан усеян угощениями, o:p/
но гостей все нет. o:p/
Ад
с высоты глядят неотступно, o:p/
и тесно стоящие блюда, o:p/
слишком вкусные, чтобы быть съеденными, o:p/
постепенно превращаются из запретных плодов o:p/
в экспонаты закрытого на учет музея. o:p/
o:p /o:p
Солнце плавит стекло портрета. o:p/
Красным карандашом обведена дата o:p/
в календаре 1976 года. o:p/
День, когда с неба падали боорсоки. o:p/
o:p /o:p
o:p /o:p
o:p /o:p
Шифоньерo:p/
o:p /o:p
В доме ни души. Открываю o:p/
скрипучую дверь иноземца, заложника, o:p/
потерявшего память, o:p/
