Боевой колокольчик в ошейнике Малыша жалобно затрезвонил, когда они крались по то и дело соскальзывающим вниз валунам каменного водоворота, а потом ещё были встречные ускорители, радиационные бластеры блик-заморозки и марево понижающего ультразвука…
Снайэри металась своими утрачивающими порой очертания на сверхскоростях изящными формами по этой стремительно меняющейся полосе препятствий, успевая при этом ещё и выдёргивать Малышова мангуста из затягивающих передряг – Том определённо в теме рулил! Малышу ещё пару раз приходилось с замиранием наблюдать, как она выкарабкивается из отбрасывающих в сейвы рестартов, и он невольно подумал, что если бы сбросило-убило его, то пробираться через все эти прыгалки пришлось бы заново опять им вдвоём – сам он чё-т не очень-то представлял, как обойти все эти льды и пламени…
– Всё, дальше будет легче!.. – чуть задыхаясь сообщила Снайэри, поправляя сиреневые стрелки своей подрастрепавшейся амуниции, когда они выскочили на освещённую светом факелов площадь. – Кольца фигня! Тока ты запрыгивай мне на спину – здесь близко к земле не пройдёшь…
Малыш взвился в воздух, сообразив спрятал маленькие коготки и обвился вокруг её нежной шеи.
Площадь ожила, как только они приподнялись над нею в бросок-полёте. Под ними заворочалась какая-то тёмная масса и стало мерно нарастать ровное слепое жужжание. С периметра площади полыхнула и закружилась, набирая скорость, воспламеняющаяся к центру спираль. Мирриады разноцветных искр рвали воздух надтреснутым звуком и зажигали огромный свернувшийся в клубок на площади и похоже живой этот бикфордов шнур. Наверное это и был Дневной Дракон и по всему выходило, что уйти надо было именно от этого пламени. Что получалось сначала действительно довольно легко – они летели впрямую к центру, а спираль пролетала воспламенением первые свои, самые большие витки. Но уже с половины пути ситуация резко обострилась – витки стали меньше и стремительно прогрессировали в убывании, искристое пламя стало опалять их отдельными искрами и грозило захлеснуть очередным своим подхлёст-витком… В финальном рывке Снайэри сходу вонзила сразу три стрелы из своего арбалета куда-то вниз под себя, дёрнулась вверх всем телом и перекувыркнулась – Малыш почувствовал, как щекотнулась опаливаемая искрами шкурка ощетинившаяся дыбом на спинке. Но они уже прорвались – всё вокруг разом схлынуло, как призрачное сон-видение и в мягкой серой пелене засветились буквы перехода-приветствия на следующем уровне…
– Фигга-ссе! – выдохнул только Малыш, пытаясь заново разобраться с тем, существует ли он сам или хотя бы его тело в этом сером всепоглощении и всё ещё пребывая в жаре стрясшихся с ним приключений…
– Да. Только обычно это делается под настилаемо-беглым огнём неубиваемых… – прокомментировал Том голосом Снайэри, и вокруг стало опять медленно рассветать…
– Нафига тебе эти ёжики, Малыш – в них ни ключей, ни очков! – полупрозрачная от палящего солнца Снайэри, возлежа на небольшом зелёном холме, уже битый час руководила действиями своего напарник-мангуста. – Ищи яблоки или тот золотистый кокос, что нам попался вначале!
– Та здесь нет нифига кроме ёжиков! – слез Малыш с очередного мягко-мохнатого клубка серебряной шерсти, которые с чего-то будили дурацкие инстинкты у его персонажа. – Разве так ищут вообще? Надо туда вон сходить посмотреть, или туда – ходить надо и рыскать, а не торчать на пригорке голой задницей в мягкой траве!
– Там тоже нет нифига… – потянулась лениво мегавоительница. – Мы же смотрели с тобой, рыскатель! А здесь может быть и появится что… У меня определённые чувства интуитивно срабатывают…
Она развернулась на бок и приложила ухо к вытянутой руке.
– Знаю я эти твои интуитивные чувства!.. – Малыш зыркнул косо на готовящуюся задремать в неге прожигающего их насквозь загара. – Я б тоже сейчас, может быть, поинтуитировал бы часик-другой, вместо того, чтоб на эти кактусы ссаживаться!..
– Ой, ну и валяй – иди спи… – промурлыкала спросонья уже тихо Снайэри. – Кто не даёт… Всё равно сбор не зреет пока…
– Заснёшь тут… – ворчал Малыш, поудобней устраиваясь у неё в ступнях. – Жара же такая, что уши в кубики сворачиваются!
– Так это NightMare, а не прогулочный садик… Тут обязательно что-то присутствует для всеоттяжного дискомфорта.
Когда они проснулись не было ни зелёного холма, ни кустов с серебристыми клубками – их окружали перекатываемые лёгким ветром зыбкие песчанные дюны. Ветер не приносил прохлады и жёг даже через неплотную меховую шкурку Малыша.
– Блин, вморило в нисшествие!.. – Снайэри нервно поёрзывала ладошками по своему телу. – Теперь ещё и песок ворошить придётся, а я мокрая, как липкий дредук…
Они двинулись по невысоким барханам, держа курс по ветру. Время исчезло – солнце висело строго в зените и не сдвигалось ни на градус, пустыня отлично просматривалась во все стороны до горизонта и была абсолютно одинаковой, одинаково постоянно хотелось пить и выбраться поскорее отсюда…
