На трибунах происходило что-то невероятное – игроки поддержки, посылая энергопотоки своим командам, то уходили в бесподвижнейшее сосредоточенное созерцание, то взрывались мощнейшей динамикой, то рассыпались на индивидуальные единицы и группы, то смыкались в большие сверхзамысловатые фигуры и целые энергетические цепи-волны. Когда такой полигон начинал пульсировать или вся волна начинала медленно-плавное своё перекатывание по трибуне, вниз к голокосту низвергался целый поток сведённых воедино набирающих яркость энерголучей поддержки…
Когда закончился первый сет-тайм, Малыш почувствовал себя нечайно вынырнувшим из жерла разноцветно пылающего вулкана.
– Ну как тебе физподзарядка для маленьких?! – ржал Том над очумевшим совершенно видом оффигефшего полностью Малыша.
– А мороженое будут давать? – Малыш оглашённо припомнил правильно-футбольные правила своего недавнего жизнедетства.
– И курицев-фри в серпантине из бантиков?!..
Трибуны чуть поутихли – теперь над Стадионом стоял вполне мирный, мягко переливающийся гул многотысячных голосов и едва мерцало остывающее в небе энергосияние…
– Том, а кто ведёт вообще? – очнулся Малыш.
– Зырь, – Том кивнул на по-прежнему светящийся гранями голокост, – наши ареалы и лепестки горят ярче немного. Это значит они нам отожгли. Хотя, в принципе, пока идём почти поровну, но гласс-болом они нам на старте свечу, конечно, пофставили!.. Ну ничё – посмотрим ещё…
Но «ещё посмотреть» оказалось гораздо трудней даже, чем в первом сет-тайме: второй тайм начался с того, что розово-чёрные зачем-то перебросили из параллельного статик-юсд-мира ещё по игроку на сектор – видимо в какой-то из параллелей дела шли ещё более убедительно в их пользу. Слаженные звёздочки-пентаграммы на построении перед таймом привели Малыша к пораженческим настроениям и он начал рассматривать трибуны вместо игры – на них было не меньше увлекательно-непонятного, зато количества игроков поддержки с обеих сторон в отличие от поля были хоть примерно одинаковыми!..
И сначала было ещё ничего. Малыш искренне сочувствовал проигрывающей команде родного города, хоть помочь пока мало чем мог – навряд ли бы вся вместе собранная энергетика его сочувствия обратилась бы хоть сколь-нибудь видимым энерголучом, практики пока не хватало. Он сидел и хлопал больше не в ладоши, а ушами по щекам, потому как порой ещё и переживал, что перепутает нафик всё и не в ту сторону зааплодирует…
Лайм-оранжевые потихоньку расцветали своим сиянием медленно, но верно накатывающегося поражения – розово-чёрные уверенно проводили немного больше мячей в зоны соперника и постепенно наращивали арсенал файерболов, готовясь, похоже, поставить убедительную завершающую точку в игре…
Малыш оборачивался направо, налево, заглядывал вверх и вниз – окружавшие его лайм-оранжевые ложи вело от медленно вворачивающейся в тоску энергетики. Игроки поддержки начинали принимать какие-то уже совершенно вычурные в отчаяньи позы, но всё ещё держали довольно мощное энергетическое напряжение вокруг голокоста…
Малыш сам себя чувствовал на грани какого-то сверхсочувственного отчаяния, рассматривая их асаны и лица, когда вдруг почувствовал, что его словно сщекотит всё и всего изнутри… Он глубоко вздохнул, закрыл и открыл глаза… Авангард противника собрал целый фейерверк из мячей – файеры набирали обороты и высоту над гранями голокоста, постепенно сливаясь в стремительности в неразличимые глазом огненные вихрь-круги… Золотистое сияние энергетики поддержки вокруг поля было, наверно, предельным… До конца матча оставалось почти ничего… А лица окружавших его и бесспорно хороших-прехороших людей… были просто дурраццкими!!!
Малыш почувствовал себя нехорошо – сидеть самому полным кретином на сторонней лавочке и не приветствовать лица вполне нормальных, да ещё и мающихся страданьем людей! Но они вправду были немного смешными…
И даже не немного: Малыш посмотрел на рядом с собой игрока поддержки и понял, что у того лицо рассвирепевшего от потери любимой собачки Дуры весёлого кловуна…
Малыш задышал, закрыл на всякий случай глаза и заткнулся в себе – так нельзя!!!
Ещё он встал на ноги – в одну из высоких асан – надеясь этим управиться со своей невзрачной, но разбушевавшейся энергетикой, и может даже чего-то похлопать, помочь… команде и сразу им всем…
Зачем он приоткрыл потом глаз, он не помнил. Игрок рядом сложил из себя бублик-крендель, а Малыш осознал, что чувствует себя совсем не в себе – ну, это было по правде просто до жути смешно!
Игрока выкручивало в невероятных асанах неприятия общего хода игры со стороны любимой команды – его просто корчило и вело за каждым всё нескладывающимся и нескладывающимся финтом файерболистов на поле. И вслед за игроком так же агонизировала и качалась вся замкнутая о него с обеих сторон энергоцепочка других участников…
Малыш уже ни хренашеньки не понимал – ни в себе, ни вокруг – и до жути боялся заржать вслух: блин, неприлично, скотинцтво какое-то, людей, вон, так прёт…
